Внезапно фары перестали светить в глаза Шафран. Они исчезли. Ослепленная, она попыталась понять, что происходит.
Она услышала лязгающий звук. Часть забора исчезла, и два луча белого света, сопровождаемые огромной черной тенью, прошли через ее поле зрения. "Мерседес" промчался через дыру, появившуюся перед ним. Раздался еще больший грохот, когда "Мерседес" проехал через упавшее на землю ограждение.
Лучи повернулись на девяносто градусов, пока не повернулись обратно на дорогу, к "Ягуару". Они начали приближаться, и когда они проезжали мимо, Герхард включил передачу, помчался вперед и сразу же развернул машину, шины визжали и дымились в повороте на восемьдесят градусов.
Он тоже смотрел на дорогу, указывая на юг, в том же направлении, что и "Мерседес".
Герхард повернулся к Шафран, и она увидела хищную ухмылку.
- Хорошо, - сказал он, - давай посмотрим, насколько быстра эта машина.
"Ягуар" помчался по дороге. Каждый раз, когда Герхард переключал передачу, Шафран чувствовала удар в спину, когда включался новый всплеск мощности. Спидометр в мгновение ока переместился с нуля до шестидесяти миль в час и продолжал двигаться, пока не перевалил за сотню. Герхард никогда не казался торопливым; его управление машиной было плавным и контролируемым.
Они догоняли свою добычу. Шафран видела красные огоньки задних фар "Мерседеса" Конрада и луч его фар на дороге впереди. Мерседес резко повернул направо и исчез.
- Это крутой поворот, где дорога поворачивает обратно к Атлантическому побережью, - сказала она. - Тебе нужно быть начеку.
Герхард подождал, пока очередь дойдет почти до них. Он затормозил намного позже, сильнее и на более короткое время, чем это сделала бы Шафран. Затем он снова начал ускоряться, даже когда он так сильно тянул машину за поворот, что они почти согнулись пополам.
"Ягуар" быстро набирал скорость, когда Шафран крикнула - " Притормози!", Чтобы ее было слышно сквозь рев двигателя и шум ветра.
Герхард посмотрел на нее, пожал плечами и сделал, как ему было сказано. И тут он понял.
Дорога впереди была пуста. Нигде не было света.
- ‘Они исчезли, - сказала Шафран.
***
Фон Меербах обдумал все возможные варианты маршрутов, ведущих прочь от его владений. Он знал, где можно найти возможность оторваться от преследователя. И один из них появился после поворота в заливе Смитсвинкель. Левый поворот вел на грунтовую дорогу, которая пересекала заповедник и вела к Кейп-Пойнту. Трасса была длиной более четырех миль, но фон Меербах не собирался спускаться по ней дальше, чем это было необходимо.
Он повернулся так быстро и резко, как только осмелился. "Мерседес" мотало из стороны в сторону, пока шины боролись за сцепление с пыльной, усыпанной галькой поверхностью. Франческа была застигнута врасплох. В машине не было ремней безопасности. Ее с силой швырнуло на плечо мужа, а затем снова отбросило к двери, ударив головой.
Боль от удара о ее сломанную челюсть была мучительной, вспышка агонии в ее голове была хуже, чем все, что она когда-либо знала. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что теперь у боли появился второй источник, потому что ее нос тоже страдал. Когда к старым ранам добавились новые, кровь хлынула ей в рот и потекла по задней стенке горла. Франческа заплакала. Она попыталась принюхаться. И ничего не произошло.
- Прекрати хныкать, - рявкнул Конрад, не замечая панического выражения, промелькнувшего на лице жены.
Он выключил фары. Его мысли были сосредоточены на том, чтобы довести машину до известной ему точки: небольшого поворота, проходящего за кустом, которого было бы более чем достаточно, чтобы спрятать черную машину ночью.
Он подождет, пока его преследователи пройдут мимо, затем прокрадется обратно на главную дорогу и направится в противоположном направлении, мимо своего дома и дальше в город Саймона, Фиш-Хук и город.
Сначала фон Меербах должен был найти куст.
Это было где-то рядом. Он знал, что это так. Он осмотрел местность при дневном свете и мысленно отметил ее местоположение. Но ранним утром, когда до рассвета оставалось почти три часа, он не мог найти эту чертову штуку.
Франческа начала кашлять, звук был приглушен ее закрытым и наполненным кровью ртом, как труба немого. И все же этого было достаточно, чтобы разозлить ее мужа.
- ‘Заткнись! - крикнул фон Меербах. - Разве ты не видишь, что я пытаюсь сосредоточиться!
Она не обратила на это внимания и несколько раз слабо ударила его по руке.
Фон Меербах отмахнулся от нее левой рукой. Он не видел проклятого куста.
Франческа бросилась на мужа, толкнув его так сильно, что он вывернул руль вправо. Машина переехала дорогу и выехала на окружающую землю, прежде чем Конрад затормозил и остановился.
Он схватил Франческу и отшвырнул ее от себя, ударив о дверной косяк. Только тогда, когда он впервые посмотрел на нее и увидел, как она отчаянно хватается за рот, он понял сообщение, которое она отчаянно пыталась передать.
У нее был заложен нос. Ее рот был плотно закрыт. Фон Меербах увидел кровь, черную, как масло, в полутьме, сочащуюся между ее губ. Она не могла дышать. Она задыхалась до смерти.
