- Я знаю, какое у вас щекотливое дело, слышал вчера, о чем с Тайм-аутом толковали. Вот, втихаря переписал… Все не смог, опасно, запись большая, два часа с копейками… отрывки выбрал, кусочки, минут на десять. Это, товарищи капитаны, про "Шмель".
Каргин поднялся, подошел к магнитофону, сунул кассету в приемную щель, включил телевизор. Скалистые вершины качнулись на экране, над ними поплыли облака, потом под скалой возник ангар с распахнутыми воротами и в нем - три узких стреловидных корпуса. Крайняя машина покачнулась, приподнялась на метр-полтора, ринулась вперед, и изображение исчезло. Новый кадр: горный склон, пересеченная местность, каменные глыбы да утесы, чахлые кусты, редкие деревья, и под одним из них - танк, то ли макет, то ли настоящий Т-72. Откуда-то сбоку, из-за камней, тенью выскальзывает хищный силуэт, и тут же начинается канонада - бьют, похоже, из противотанковых пушек, гранатометов и ПТУРСами. По-серьезному бьют, не холостыми… Тень мечется вдоль склона вверх-вниз, стремительно огибая скалы и приближаясь к дереву с танком; разрывы снарядов не поспевают за ней. Потом - всплеск огня под кабиной, дымный след ракеты и фонтан яростного пламени: танк - в хлам, дерево - в обломки… Склон исчезает; теперь на экране колпак бетонного бункера, группа людей перед ним и замерший над травой стреловидный аппарат. Ток воздуха колышет траву. Колпак кабины сдвигается - видны голова человека в шлеме и его руки. Пилот спрыгивает на землю, снимает шлем. Его лицо крупным планом: серые холодные глаза, тонкие губы, тонкий хрящеватый нос. Черты вполне европейские.
- Все, хана, - произнес Булат. - Больше переписать не рискнул, зато рассказать могу.
Каргин вытащил кассету.
- Ты там был, сержант? Где это?
- Старая база в горах, к юго-западу от Армута, на вертолете с час добираться. Полигон Ариман теперь называется. Я туда с эмиром летал, за спиной стоял, с бутылкой, мать ее, и с рюмкой! В апреле, недельки три тому назад… Испытания были, потом фильм Таймазову привезли. Тайм-аут и заместители его при мне смотрели, очень были довольные. Еще бы! Машина, "Шмель" этот - ну, зверюга! Попасть в него никак, а сам долбанет ракетой или с пушки, все рылом вниз!
- А пилота ты видел? Этого, тонкогубого?
- Близко не видел, слышал только, что Витасом зовут. Не из местных, литовец он нанятый или латыш… Говорили, раньше будто бы в ВВС служил, на "сушке"[36] летал…
- Кто говорил?
- Ну, эти, кто там был, - Булат ткнул пальцем в телевизор. - Хмыри из эмирской свиты… херы-сераскеры да шиши-минбаши…
Зазвонил телефон, и Каргин чертыхнулся. Перфильев поднял трубку, послушал и сказал:
- Наш сыскарь на проводе. У завода толчется, и есть у него идея, как "хвоста" убрать.
- У меня тоже есть идея, - сказал Каргин и повернулся к Булату. - Ты, сержант, к нам просишься? Вот сегодня и приступай.
- Так точно, товарищ капитан!
Эти слова ласкали слух. Давно Каргин их не слышал, давно… В Легионе говорили "да, мой капитан!" и руку к виску тянули не по-нашему…
- У тебя колеса есть?
- "Жигуленок-пятерка". Подержанный, но…
- Подержанный даже лучше. Встретишься с одним человеком, Сергеев его зовут, он тебе определит задание. Влад, спроси у подполковника, куда сержанту подъезжать?
Перфильев бросил несколько слов в трубку, выслушал ответ.
- На угол Кокчетавской и Чимкентской, к пивной палатке. В пятнадцать ноль-ноль.
- Понял, сержант? Выполняй! С этой минуты, - Каргин поглядел на часы, - ты у меня на довольствии.
Булата как ветром выдуло.
- Быстрый парень. Научился у Толпыго кой-чему, - произнес Перфильев, глядя, как Каргин возится у магнитофона, вытаскивает кассету и прячет ее в сейф. Он помолчал, потом добавил: - Фильм этот… Помнишь, Алексей, как "косилка" по склону шла? На какой скорости камни огибала?
- Помню, - ответил Каргин.
Они посмотрели друг на друга. Лязгнул замок сейфа, Перфильев вздохнул и сказал:
- Пойду за Дмитрием и Славиком. Пора в банк ехать.
К Первому президентскому подкатили без лишней помпы. Славик остался за рулем, Каргин, Перфильев и Дима, тащивший солидного вида чемоданчик, вошли в просторный вестибюль, миновали двери операционного зала с переминавшимся рядом охранником и направились к лестнице. Там тоже дежурил страж.
- Куда?
- К Алекперову, - бросил шагавший впереди Перфильев.
- Зачем?
- Не твоего ума дело. - Влад попытался отодвинуть охранника, но тот стоял твердо.
- Если по договоренности, пропуск должен быть! Где пропуск?
- Щас будет. Старшего зови, дубина!
Явился старший, в едва сходившейся на брюхе униформе с блестящими пуговицами и галунами, с бронзовой бляхой на груди, с кобурой и мобильником у пояса. Каргин окинул его скучающим взглядом.
- Это мистер Керк, президент "Халлоран Арминг Корпорейшн", - объяснил Перфильев. - Из Сан-Франциско прилетел. Желает видеть Алекперова.
- Ильяс Гарифович занят, ага. Созвонитесь с его секретаршей, договоритесь о…
Перфильев взял старшего за грудки и встряхнул так, что бляха звякнула о пуговицы.
