Я всерьёз начала опасаться, что стану невольной свидетельницей убийства, как вдруг всё прекратилось так же резко, как и началось. Рослый мужчина перестал пинать Александра.
— Унесите, — скомандовал он куда-то в сторону.
В тот же миг Александра подхватили под руки двое мужчин. Они появились словно из ниоткуда и потащили по асфальту напавшего на меня Александра.
Мощный незнакомец резко повернулся ко мне. Теперь свет фар упал на его лицо.
И у меня мгновенно пропало желание благодарить его за спасение.
Это был Лютый.
Лютый размял кулаки, хрустнув ими и широко усмехнулся мне. В полутьме его белозубая усмешка мелькнула, как молния, и прибавила мужчине очков опасности в моих глазах.
Тело задрожало мелко и часто. Мне было противно от собственной трусости и малодушия. Но теперь я поняла, что Лютый не врал, когда говорил, что наблюдает, следит за мной.
Следит.
По-настоящему следит и находится рядом — сам или его люди.
Ведь он подоспел так вовремя, в самый последний момент, когда я почти потеряла силы и утратила веру в спасение.
— Что за хлыщ?
— Неважно, — ответила я сухим, ломким голосом.
Жгучие, горячие слёзы закипели на моих глазах.
Я поняла, что выхода нет. Чудес не бывает. Похоже, судьба уготовила мне злую участь…
Чтобы не выглядеть ещё более жалкой в глазах опасного мужчины, я развернулась и понуро побрела в сторону своего подъезда.
Мне было больно наступать на ногу, которую я подвернула. Потому я шла медленно, опустив плечи.
Чтобы не сойти с ума от горестных мыслей, я крепко-накрепко сжала пальцы на брелоке с ключами.
Нужно было сделать шаг, ещё один шаг, а потом ещё и ещё…
Необходимо было двигаться, несмотря на то, что мысли были депрессивныыми и непроглядными, как самая чёрная ночь. Каждый шаг вперёд виделся мне шагом в бездну.
— Стой! — донёсся в спину строгий окрик. — Я тебя не отпускал.
— У меня ребёнок дома один. Мне нужно идти. Денег я не нашла. Срок ещё не вышел, приходите… послезавтра, — произнесла я автоматически безжизненным голосом, лишённым всякой надежды.
Словно подписывала себе смертный приговор.
Дойдя до подъезда, я подняла руку и поднесла ключ от домофона к специальному окошку. Но пальцы от потрясений дрожали невероятно сильно, буквально плясали и не удавалось открыть дверь подъезда.
Внезапно мою руку накрыла большая, горячая ладонь, и со спины на меня накатила волна жара массивного мужского тела…
Непозволительная близость опасного мужчины подстегнула и без того взвинченные нервы. И если бы не дверь, я бы рванула вперёд, как можно дальше.
Но сейчас моё движение и рывок могли закончиться лишь тем, что я расшибла бы лоб в лепёшку.
Лютый помог справиться с замком и открыл передо мной дверь, распахнув её. Словно обжёгшись, я быстро шагнула в черноту подъезда, забыв о боли в ноге, забыв о слезах и об опасности.
Мне хотелось только одного — добраться до квартиры, набрать полную ванну горячей воды и нырнуть в неё, смыв с тела память о чужих, гадких прикосновений, вычистив и память от грязных слов и унизительных обещаний.
Добраться поскорее до своей квартиры…
Но по спине поползли острые мурашки и ледяное прикосновение страха сковало горло, перекрыв дыхание.
Я всей поверхностью кожи чувствовала, что тот страшный, опасный человек поднимается за мной следом.
Шаг в шаг.
Ступенька за ступенькой.
В полутьме, потому что не на каждой лестничной площадке горела лампочка.
=14=
Если бы я прислушалась, то могла бы услышать тяжёлое, размеренное мужское дыхание. Но гораздо громче звучал стук перепуганного сердца и пульс давил на виски.
Добравшись до двери квартиры, я замерла и, набравшись смелости, развернулась, посмотрев в лицо своему страху.
Мужчина опасно придвинулся и навис надо мной.
— Что ты хочешь от меня?
Я отринула в сторону привычные условности и правила вежливого тона в разговоре с малознакомыми людьми и окончательно перешла на «ты», однако при этом внутренне содрогнулась от своей смелости.
В ответ Лютый мрачно улыбнулся.
— Долги забрать. Ты же знаешь, — и погладил меня костяшками пальцев по скуле. — Дверь открой, Маша.
— Я тебя в квартиру не запущу, — прошептала едва слышно.
Я понимала, что стоит Лютому войти в квартиру, как он сразу же увидит беспорядок, разбросанные повсюду вещи и сделает правильные выводы.
Он поймёт, что я собралась бежать. Поймёт и пресечёт последний, крошечный шанс избежать трагической участи.
— Не пустишь? С чего бы?
Взгляд Лютого потемнел ещё сильнее. Казалось бы, его глаза — чёрные, беспросветные, там нет места для дополнительной порции темноты.
Но я ошибалась.
Мужчина напрягся.
Я буквально чувствовала, как каждая мышца его сильного тела зазвенела от напряжения. Не знаю, о чём он подумал.
Может быть, бандит решил, что я прячу в шкафу фиктивного муженька?!
Лютый вырвал из моих ослабевших пальцев ключи и за миг отпёр все замки, войдя внутрь квартиры шагом хозяина, вернувшегося в свои законные владения.
Лютый осторожно положил связку ключей на комод в узком коридоре прихожей и шагнул внутрь.
Левая рука мужчины потянулась за спину, приподняв край кожаной куртки.
