—
Два стражника с обнажёнными мечами двинулись ко мне, но князь жестом остановил их.
— Тебе лучше объяснить свой поступок. И пусть объяснения будут убедительны, — сердито заметил Ратобор.
Я невольно огляделся: Ольга стояла рядом и широко раскрытыми глазами смотрела на меня.
— Ты хотел убить маму!
Я вздохнул. Вряд ли сейчас подходящее время объяснять, что если бы я хотел убить, то убил бы. Вот Ратобор это сразу понял, иначе не остановил бы стражников. Но будет ли мне от этого легче? Очень сомневаюсь.
В этот момент вперёд вышел патриарх Серафим. Он внимательно посмотрел на меня.
— Вряд ли юноша просто хотел пошутить, Ваше Величество. — Он опустился на колени, наклонился и понюхал разлитое вино.
Побледнел, окунул палец в вино и осторожно лизнул. С отвращением сплюнул и стремительно встал.
— Стража! Никого не выпускать из дворца! Закрыть все выходы!
— Что случилось, Серафим? — побледнел и князь.
— Тэлбот, Ваше Величество. В вине был тэлбот — очень сильный яд, и от него нет противоядия. Если бы княгиня сделала хотя бы глоток, то была бы обречена.
Патриарх повернулся ко мне.
— Ты помешал княгине выпить вино, значит, ты знал, что вино отравлено. Кто это сделал?
Хороший вопрос. Хорошо бы знать и ответ на него.
В комнате нас было пятеро: я, Ратобор, патриарх Серафим, Святослав и Изяслава. Святослав, впрочем, молчал, не решаясь вступать в разговор. Я стоял чуть в стороне от всех, а князь вне себя метался по комнате.
— То есть как это ты не знаешь?! Ты ведь знал, что в вине яд?
— Да не знал я! Только предполагал.
— Неужели ты всё это устроил только из-за какого-то предположения?
— Которое, тем не менее, оказалось верным, — вставил Серафим.
Сам я пытался добиться определённости от Мастера, но тот, кроме того, что ему что-то показалось подозрительным, ничего больше добавить не мог. К сожалению, этот ответ князя не удовлетворил, и он требовал от меня большей ясности.
Сразу после покушения он провёл меня в эту комнату и пытался узнать имя отравителя.
— Ну не знаю я, поймите же! — в отчаянии повторял я.
— Хватит шуметь, дорогой, — неожиданно заговорила Изяслава. — Ты же напугал его. Что ты набросился на ребёнка? Он-то в чём виноват? В том, что спас мне жизнь?
Эти слова на князя подействовали отрезвляюще, и он огромным усилием воли взял себя в руки. Подошёл ко мне и положил руку на плечо.
— Извини. Я просто перенервничал. Сам видишь, что здесь творится. Но на этот раз Слав зашёл слишком далеко. — Ратобор опять нервно заходил по комнате.
— Это вовсе не обязательно должен быть Слав, — возразил Серафим.
— А, перестань. Ты же сам его подозреваешь.
— Он у меня на первом месте в списке, но и кроме него там хватает людей.
— Мне нужен тот, кто подсыпал яд в вино!
— Всё, хватит. — Изяслава поднялась с кресла. — Ты же видишь, что ребёнок ничем помочь тебе не может, так что оставь его в покое. Или ты думаешь, что он спас мне жизнь, а теперь специально что-то утаивает? Это ерунда, дорогой.
— Я ни в чём не уверен.
Это было уже чересчур. Я почувствовал, как обида сдавила горло, и резко отвернулся. Умом я понимал, что князь вполне прав, подозревая меня, но с чувствами ничего поделать не мог. Изяслава мгновенно всё поняла.
— Иногда ты мне кажешься не человеком, а бездушной куклой. — Она стремительно подошла ко мне и мягко развернула лицом к себе. — Спасибо, Энинг. Не обижайся на моего мужа. Когда его гнев пройдёт, он сам пожалеет о своих словах.
Она нежно потрепала меня по волосам. Так всегда делала моя мама. При воспоминании об этом я всхлипнул. Изяслава поспешно прижала меня к себе. Это оказалось последней каплей, неожиданно даже для самого себя я разревелся как младенец.
Через некоторое время мне стало легче, и слёзы понемногу отступили.
Князь растерянно смотрел на меня.
— Неужели мои слова так тебя огорчили, малыш? Не обижайся, я часто в гневе говорю, не подумав.
— Вы тут ни при чём, — честно ответил я. — Просто я вспомнил маму. — Я опять всхлипнул.
— Она умерла? Ты из-за этого стал рыцарем? — мягко спросил Ратобор.
— Нет. Она жива, и отец жив. Просто я не могу попасть домой, пока не сделаю одно дело. Я, конечно, сам виноват, но уж слишком тяжело всё это… Я больше не вынесу… Мне постоянно приходится идти вперёд и рисковать жизнью, своей и своих друзей. А тут ещё этот Сверкающий. — Неожиданно я принялся рассказывать всё о себе. О школе и своих неприятностях там. Затем о том, как нашёл Ключ и что из этого вышло. О том, как я попал на остров и вынужден был стать рыцарем, чтобы вернуться домой. Как приобрёл меч Судьбы и о своём появлении в Амстере. Рассказал о дальнейших наших странствиях.
