– Да, конечно. Известно. Плохая это практика – вести на убой лучших… Итак! – Голос лорда-наместника зазвенел тяжело, низко, как тревожный вечерний колокол. – Суд королевства Альгам и Кесаврия признает Себастьяна Мельмота Эйри невиновным в участии в убийстве барона Армина и подготовке захвата брига «Летучий» за отсутствием состава преступления. Суд королевства Альгам и Кесаврия признает Ариолана Бэйла невиновным в преступной халатности, повлекшей за собой убийство барона Армина и захват брига «Летучий», а также гибель всего экипажа. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.
Воцарилась тишина. Себастьян поднял голову и увидел совсем близко над собой огромную, низко подвешенную люстру. Неподвижно стояли огни свечей. Себастьяну показалось, будто не люстра это вовсе, а плывет над его головой черный корабль, вознесший горы темных парусов. Разметавший клубы дыма и огненно-золотые хоботки залпового огня.
Воспитанник барона Армина глубоко вздохнул и затылком почувствовал теплое дыхание мастера Ариолана Бэйла:
– Все еще только начинается, ублюдок. Клянусь самыми черными исчадиями Илу-Марта! Ты не оправдан и не оправдаешься никогда, – доверительно шепнул тот.
Не все те, кто присутствовал в зале Старого Альзигорна в качестве свидетелей, попали в состав будущей экспедиции. Подбором экипажа занимался лично Каспиус Бреннан-младший. Он наотрез отказался взять на борт всех представителей пушистого народца – Ржигу, Аюпа Бородача и Ялинека, чьи показания сыграли такую роль в судебном заседании. И если Ржигу все-таки взяли по настоятельной просьбе Себастьяна, то его дядюшка был признан непригодным для морского перехода.
Что касается Аюпа Бородача, то, честно говоря, решение Бреннана в отношении несносного брешака разделял и сам Себастьян. Сомнительные штучки и шуточки вездесущего коротышки едва ли были уместны в путешествии за край света.
Были сомнения относительно девушек. Однако Танита и Майя так решительно заявили о своем праве участвовать в плавании, что директор, а ныне капитан Бреннан без особых колебаний внес их имена в корабельный журнал. Не оспорил он и место в составе экспедиции повара Жи-Ру, здоровяка Олеварна и Инигора Мара.
По мере того как в обстановке строжайшей тайны шла подготовка к плаванию, менялись планы тех, кто ее курировал. Владетель Корнельский был человек увлекающийся. Он счел возможным включить в состав экспедиции не одно, а два судна.
Причем сложно было сказать, какое из них было главным.
Конечно, фрегат королевского флота «Громобой» был хорош. Очень хорош. Сошедший со стапеля корабельной верфи в Сейморе лишь пару лет назад, высокий, роскошно блистающий металлом пушечных портов, он являлся надежным и крепким судном с большим запасом хода. У него было шестнадцать больших корабельных орудий на пушечной палубе и еще шесть вспомогательных морских «серпантинов» на носу и корме.
По сравнению с «Громобоем» второе судно было не столь благородно и изящно, не столь богато пушечным огнем (лишь восемь орудий против двадцати двух громобоевских). Не выбрасывало вверх такую груду белоснежных парусов – располагало лишь двумя мачтами против трех у фрегата. Водоизмещением второй корабль самое малое вдвое уступал своему молодому собрату.
Зато это был «Кубок бурь».
Тот самый.
Вернувшийся из Омута двадцать лет тому назад.
Когда повар Жи-Ру увидел корабль своей молодости, он покачал головой и произнес:
– Зачем тащить его снова? Он и два десятилетия назад, кажется, был не первой свежести.
– Если хочешь, можешь плыть на «Громобое», повар. Там команда будет побольше, да и желудки у них, наверно, побойчее, – мрачно отозвался Каспиус Бреннан-младший.
Жи-Ру покачал головой.
При распределении на суда он указал, что поплывет именно на «Кубке бурь». Вместе с Себастьяном, Ржигой и самим руководителем экспедиции, капитаном Бреннаном.
Это выяснилось в самый последний момент. Когда в особняке герцога Корнельского мастер Ариолан Бэйл, уже оправившийся от последних ударов судьбы, величавый, уверенный, заявил, что рад наконец ступить на одну палубу со своим директором, – Бреннан-младший ответил:
– Одну? Так ты ж будешь на «Громобое». А я поплыву на «Кубке бурь».
У Ариолана Бэйла качнулась голова, словно от плотного тычка в лоб. Недоуменным взглядом он посмотрел на капитана Бреннана и проговорил:
– Отчего же так, сэр Каспиус?
– Так надо.
– Но ведь «Громобой» по всем характеристикам существенно и безоговорочно превосходит «Кубок бурь»!
Младший Бреннан сощурился на своего ученика и вдруг рявкнул, доказывая, что мощь его глотки ничуть не уступит отцовской:
– Когда ж, Илу-Март тебя забери, научишься ты, мастер Ариолан Бэйл, беспрекословно повиноваться приказам?! Если я сказал, что нужно сделать именно так, а не иначе – значит, так оно надо! Не первый раз позволяешь себе подобные вольности! Помнится, на днях ты обсуждал состав подобранного мной экипажа и назвал его пестрым, как шутовская рубаха! Так вот поставь отметину на своем высоком лбу: в том, что намерены предпринять мы, нужны особые люди. Только кадровыми моряками тут не обойтись.
