На какой фабрике происходит производство вот таких штабелей? Как я умудрился быть страшнее престарелого пискли и чудика в шлеме? Кто этот великий донор генов? Нечестно. Найду — закопаю.
Но не сейчас. Я сам ощущал вселенскую усталость. Хотелось просто грохнуться спать где-нибудь. И проснутся дня через три.
Этот короткий молчаливый момент совсем разрядил оставшееся напряжение прошедшей битвы.
— Ты благородно сражался, — первым заговорил Теос, наклонив голову в знак одобрения.
Благородно? Мы же вдвоем одного старикашку забили. Как-то по крестьянски, а не по-рыцарски.
— Победа — единственный свидетель благородства, — выпалил я первую и единственную пришедшую в голову мысль.
На что удивительно получил еще один уважительный кивок.
— Нам следует закончить битву, — воткнул воитель меч в землю, а затем протянул мне руку в знак мира, — мы оба устали. Пусть судьбу решают высшие силы.
Я искренне улыбнулся и протянул правую руку новообретенному боевому товарищу.
Рыцарь улыбнулся в ответ и сделал небольшой шаг вперед.
А затем я со всей оставшейся мочи зарядил ему второй рукой прямо в его раздражающую морду.
Выражение лица воина даже не успело измениться. Просто благородная фигура, закованная в потрепанный доспех, со скрежетом и звоном рухнула без сознания на землю.
— Высшие силы предполагают, а я здесь решаю. Кулаками. И памятью, — бодренько отчеканил я, несмотря на усталость. — Правда она у меня плохая. Поэтому могу и два раза отомстить.
Наконец, битва подошла к концу. Мне предстоит еще не раз детально разобрать случившееся. Все-таки это было первое полномасштабное сражение с двумя превосходящими меня по силе оппонентами.
Если бы не лес. Если бы не магия крови. Если бы не их ошибки. Но несмотря на любые «если», я все-таки одержал победу.
— Хан, — неожиданно позвал меня холодный режущий женский голос, прерывая струящийся поток мыслей.
Я инстинктивно повернулся на звук.
На месте хрупкого олененка, с которым я обмолвился парой слов, красовался зимний зверь в человеческом обличье, накрытый снежной пеленой. Гром и буря окружающего сражения нисколько не задели удивительную белоснежную фигуру. Ни один клочок земли вокруг не был даже малейше поврежден.
— Что вы знаете о кровавых магах? — лаконично спросила София Онежская.
Сердце ушло в пятки, а живот предательски заурчал.
Передо мной на столе стоял чайник с уже слегка остывшем черным напитком, тарелки и прочая наскоро собранная утварь. В которой еще недавно покоилась еда, легко перекочевавшая мне в желудок.
Я успел помыться, привести себя в порядок и облачиться в почти такой же набор одежды как раньше. Только пальто пришлось оставить. На подзарядку.
Однако это меня нисколько не смущало, ведь оригинальный план и состоял в том, чтобы как-нибудь оживить чудо-плащик. А тут так повезло. Даже денег не взяли.
Только был один нюанс. В женском роде. Единственном числе. Но легче от этого не становилось.
Хозяйка поместья сидела в кресле по-турецки, придерживая щеки ладошками и исподлобья наблюдая за тем, как я поглощал их недельный запас сладких вкусностей. Ее волосы были завязаны в хвост, а изысканное платье сменилось на комфортную домашнюю одежду.
Даже так она излучала едва уловимую холодную ауру, отчего мой чай остывал быстрее положенного.
Хорошо, что на допрос происходящее не походило от слова совсем. Скорее на дружеское чаепитие.
— У нас вкусные профитроли… — любезно пододвинула ко мне блюдце София.
— Спфафибо, — с искренней благодарностью кивнул девушке я, подхватывая десерт.
Голод мучил меня с самого утра, не давая покоя. Впрочем, во время битвы я о нем забыл. Онежская странным образом совсем не задавала вопросов о небольшом побоище, устроенным в ее честь. Похоже, что в Зимнограде даже трудовой кодекс был особенным.
— Как это у вас получилось? — неожиданно задала вопрос София, даже не дав мне доесть те самые профитроли.
Это был правильный вопрос. Хороший вопрос. А можно мне следующий вопрос?
Да и круг охвата какой-то всеобъемлющий. Как у меня получилось выиграть? Хитрость, тренировки и щепотка удачи по вкусу. Которую выгрузил на меня многотонный самосвал. Как раз как я люблю.
— Фамо-фобой, — обобщенно ответил я, размахивая десертом в воздухе.
— Хм, — задумалась красавица, не отрывая от меня взгляда, словно от диковинного зверя.
За спиной как назло появилась служанка, ответственная за чай. Я аж чуть не вздрогнул. Но девушка просто плеснула мне живительного кипяточка в чашку и покинула нас.
Закрывшаяся за ней дверь недобро затрещала. Словно кто-то начал складывать ее в гармошку. Губную. Оборачиваться, пожалуй, не стоило. Закрыли и ладно.
— Вас слушался лес… — многозначительно протянула дворянка.
Не вопрос. Значит и отвечать на него не нужно. Какой у нас замечательный диалог — она говорит, а я слушаю, да ем.
Однако на этот счет у меня с девушкой явно были разночтения. Она не спешила спрашивать что-то снова, явно ожидая моего ответа.
