Это был один из лучших его пилотов — Василий кречетов, отличный солдат и самый толковый стратег на базе. Четыре машины, своего рода жертва на заклание, шли первыми, а позади, веером, приготовив пушки и ракеты, крались остальные. Экипажам было приказано любой ценой избегать контакта с объектом. Нужно было задавить цель массированным огнем. Все началось так, как и предполагал Кречетов. Крайняя слева машина, ярким лучом ощупывающая пространство перед горами, внезапно, без видимой причины клюнула носом, и теряя обороты пошла на снижение. Слышно было, как командир вызывает экипаж вертолета, но тот, как и ожидалось, молчал. И тогда, остальные машины включили свою иллюминацию. Снежная долина внизу озарилась ослепительным белым светом. Однако объекта нигде не было видно. Неожиданно, что-то затрещало, и возбужденный голос завопил:
— Девятый! На хвосте! Он у тебя на хвосте! Сзади, на семь часов!
Одна из машин принялась беспорядочно маневрировать, словно пытаясь сбросить с себя неведомого наездника, и тут, нервы у кого-то из экипажа не выдержали. Длинная очередь из тяжелого пулемета полоснула по мелькнувшей в ярком свете округлой тени, однако вместо того, чтобы поразить юркую мишень, вспорола брюхо идущего параллельным курсом соседа.
Император сжал кулаки: «Олухи! Ведь приказано же было без команды огонь не открывать!»
В следующую минуту, его лучшие пилоты словно обезумели. Аристарх беспомощно наблюдал за тем, как молотят воздух тяжелые снаряды, как прорезают небо длинные трассы, как бестолково носятся его хваленые ракеты, вспарывая спрессованный за многие века снег, разнося в мелкую пыль ближайшие скалы. В эфире творился хаос. Кто-то кричал, звал на помощь, кто-то пытался руководить: — Слева заходи! Слева! Вот он! Дави его ребята! Четвертый на хвосте! Падаем! Помогите! Одиннадцатый! Куда бьешь? Зараза! Ты мне хвост отстрелил! Ракетой его! Да пошел ты! Пятый! Справа! Не маячь! Сейчас я его достану! Вот он! Я его вижу! Мама, роди меня обратно!
На экране, вызывая головокружение у зрителей, мелькали то ослепительное снежное поле, то разрезаемая яркими полосами бездонная чернота. Мимо проносились темные бока стреляющих из всех стволов машин. Совсем рядом сверкнули трассеры, изображение подпрыгнуло, перекосилось, экран перед ними пошел мелкой рябью, а затем погас.
— Камера повреждена! — Сообщил техник по внутренней связи.
Но император уже итак все понял. Его хваленая эскадрилья не справилась. Еще слышны были далекие вопли, беспорядочные команды, грязные ругательства. Чей-то голос, пробиваясь сквозь эту какофонию, вызывал центр, но отвечать уже не имело смысла. А еще через несколько минут, последние крики смолкли. В командном центре повисла напряженная тишина, лишь тихо потрескивали динамики дальней связи.
«Ну, что ж, — император поднялся со своего кресла, — Придется задействовать последний аргумент!»
Адмирал Верд прекрасно знал свое дело. Когда на горизонте показался большой остров, на котором располагалась русская база, он пустил вперед один из крейсеров, а остальным судам приказал брать остров в кольцо. Крейсер должен был сыграть роль парламентеры, и в случае, если переговоры завершатся успешно, принять на борт, странных подростков, из-за которых здесь, на краю света, вскоре разыграется настоящая битва. Подобные действия, направленные против любой из их базы, были бы расценены, как повод к началу войны. Но русскому императору сейчас не до того, поэтому, адмирал пер напролом, ничего не опасаясь. В воздух поднялись самолеты разведчики. Не приближаясь, они облетели базу по большому кругу, после чего со специальной палубы на авианосце, в небо поднялся синий шар аэростата. Погода была безветренная, так что, провисеть в воздухе он сможет достаточно долго. Расположенные на нем камеры должны были с высоты нескольких миль, следить за обстановкой на острове. Наконец, когда на больших экранах командного центра пошла уверенная картинка, адмирал слегка расслабился. На гигантском поле аэродрома стояли вполне земного вида машины. Обычные, хоть и явно, из последних, самолеты, тяжелые вертолеты. Нигде не наблюдалось тех чертовых дисков, что так напугали его три дня назад.
«Отлично! — улыбнулся он, закуривая сигару, — С этими летунами я справлюсь в два счета! Пусть только дернутся, зенитных орудий у меня на всех хватит».
— Адмирал! — появившийся рядом адъютант, сверкая золотом, протянул бумажный конверт: — Срочное донесение! Доклад от первой группы!
