"Какой есть! — отрезала Флёр, упрямо тряхнув головой. Волосы заструились по плечам и серебристым плащом укрыли её почти до колен. На лице заиграла чувственная и дерзкая улыбка, глаза приобрели сиреневый оттенок. — Ах, как жаль, что я не смогла! И оставалась-то всего ничего — пара шагов!.. Теперь же вся надежда на домовых эльфов, — она покусала губы, тонкие чёрные брови сдвинулись. — Мы ещё посмотрим кто — кого!"
Часы с тихим мелодичным шипением пробили полночь.
— Наконец-то! — воскликнула Флёр и щёлкнула пальцами, начиная выкликать домовых эльфов по их древним настоящим именам. Малфой наверняка запер двери особенными заклинаниями и распорядился включить детекторы магии, да только магия домовиков никем не бралась в расчёт. Они копошились в замке всю ночь: убирали, чистили, скребли, полировали, мыли полы и прочищали дымоходы, чтобы с рассветом исчезнуть и появляться только в случае крайней необходимости, не раздражая своим видом хозяев и не надоедая им. Зато домовые эльфы стали отменными союзниками Флёр — и не только в осуществлении её плана. Сейчас именно они могли помочь ей выйти из комнаты и добраться до Чарли, дабы попытаться исправить собственную ошибку. Для домовиков не существовало замков, которые невозможно открыть. И ещё одно. Замок Слизерина с самого момента основания имел так называемую Карту: подробнейший чертёж, отображающий все внутренние помещения. На этой Карте в виде маленьких подписанных точек обозначались обитатели замка и их перемещения, кроме, естественно, домовиков. Флёр не могла выйти из своей комнаты, не будучи тут же замеченной дежурным или самим Малфоем, который наверняка отдал соответствующие распоряжения. Но с помощью собственной магии домовые эльфы приподняли девушку дюйма на четыре над полом, и тогда на Карте Флёр попросту исчезла. Однако дабы не вызвать подозрений, девушке пришлось оставить в комнате маленькую плошку со своей кровью (тут же затянувшийся незначительный порез легко решил эту проблему). Вряд ли даже прозорливый Люций мог предвидеть нечто подобное — тревога срабатывала только лишь в случае её попытки каким-то образом применить магию.
Это оказалось удивительно приятное ощущение — идти по воздуху, почти лететь — требовалась только известная ловкость, чтоб не кувыркнуться носом вниз. Но в ловкости, грациозности и лёгкости Флёр не знала себе равных.
Она плыла по короткому прямому коридору, соединявшему лестницу с круглой комнатой в Северной башне. Мантия шуршала и струилась, обволакивая её тело непрозрачным коконом и не касаясь пола, так же, как и её маленькие ножки в изящных туфельках. У Флёр сейчас не было времени на Усыпляющее Зелье, поэтому пришлось прибегнуть к подручным средствам. Огромные васильковые глаза в свете факелов отливали сиреневым и мерцали так, словно принадлежали неземному существу; с полуоткрытых губ лилась древняя песня без слов — заунывная, обволакивающая, вводящая в транс мелодия. В противоположном конце коридора вжались в стену Пожиратели Смерти — увиденное потрясло и парализовало их, а гипнотический взгляд васильково-сиреневых глаз лишал остатков разума. Эти Смертоупиванцы оказались гораздо хлипче Малфоя — сознание покинуло их, когда Флёр оставалось пройти до них целых десять футов. Подойдя вплотную, девушка брезгливо потыкала пальцем в не подающие признаков жизни неподвижные фигуры, распластавшиеся на полу в зачарованном сне, забрала их волшебные палочки и попросила домовых эльфов укрепить доблестных Пожирателей в вертикальном положении, дабы не привлекать лишнего внимания. Дверь в заветную комнату оказалась заперта очень основательно — Малфой постарался от души, но для домовиков это не составило серьёзной проблемы. С замиранием сердца Флёр остановилась на пороге. Отчётливое ощущение вспыхнувшей радости, помимо своей собственной, пронзило её — девушка поняла, что слышит чувства заключённого в комнате человека.
Чарли сидел на полу, прислонившись спиной к дубовой раме старинной кровати. Рядом, свернувшись кольцами диковинного удава, матово поблёскивала толстая длинная цепь, приковавшая его за ногу к массивному резному столбику, поддерживающему балдахин. Флёр почувствовала, как он безуспешно пытается подняться ей навстречу, и, быстрым движением скользнув через комнату, села рядом, всё так же не касаясь пола. Лёгкий жест, короткое напевное слово, и появившиеся прямо из стен домовые эльфы склонились над заколдованной цепью, через миг та упала, освободив лодыжку Чарли от стального захвата. Он удивлённо вытаращил глаза, Флёр улыбнулась одними губами. Весь взмокший и тяжело дышащий, Чарли выглядел так, словно пробежал не одну милю и, к её ужасу, на повязке опять проступила кровь. Девушка прижалась к нему, пропустив руки под локоть, и ощущая накатывающую волнами мелкую дрожь, изнутри сотрясавшую сильное тело.
"Крусио… Долго… Или несколько раз… Будь ты проклят, Малфой!" — и будто в ответ её мыслям Чарли спросил:
— Что ты сделала с Малфоем?
— Гораздо меньше того, чего мне бы хотелось, — мрачно отозвалась Флёр, — а что?
