В замке, полном волшебников, ставить детекторы магии было бесполезно, да и неразумно. Но Волдеморт любил предусматривать каждую мелочь и распорядился установить детекторы на значительный выброс магической энергии, гораздо больший, чем нужно для обыкновенных заклинаний, дабы уловить мощное волшебство, направленное против него. Флёр знала это, и когда готовилась к проведению древнего Обряда, очень аккуратно отключала магический детектор. Но сейчас, идя к Чарли, девушка даже не подумала об этом. Тем не менее, бесстрастный волшебный прибор некоторое время назад просто зашкалило от сильнейшего энергетического всплеска. Это же магическое "землетрясение" стёрло все защитные заклинания, установленные Флёр вокруг комнаты в Северной башне. Они с Чарли здорово бы удивились, если б узнали, что сами оказались причиной локального энергетического "взрыва" — когда, забыв о времени и пространстве, взмыли в небеса и, растворившись друг в друге, слились воедино. Зато Малфой мгновенно понял в чём дело и, прихватив троих Пожирателей, помчался в Северную башню. Теперь они замерли у стены — три тёмных фигуры с палочками наизготовку, и на шаг впереди, переливающийся серебром и мраком — Люций Малфой, само высокомерие.
Молодой человек задвинул девушку в глубину широкой кровати и встал, машинально обернув простынь вокруг бёдер.
— Стой, Чарли! — вскрикнула Флёр, безуспешно пытаясь поймать его за руку.
— Стоять, Уизли! — рявкнул Малфой. — Стоять и не дёргаться, ублюдок! — льдистые голубые глаза окатывали презрением, а палочка указывала на Флёр. — Прикройся, вейла! — брезгливо выплюнул Люций и чётким взмахом отправил на кровать её тёмно-синюю мантию. — Ах, как замечательно всё устроилось! Просто великолепно! Я надеялся на нечто подобное… Даже если бы вы старались изо всех сил угодить мне, трудно было бы придумать лучше. — Чарли сделал несколько неторопливых шагов в направлении Малфоя, кулаки сжались, мускулы напряглись — несмотря на повязку, стягивающую грудь, он выглядел очень внушительно. Флёр поймала себя на дурацкой мысли об ожившей мраморной статуе древнегреческого атлета — широкие плечи, узкие бёдра, длинные ноги, рельефная игра полутонов на светлой коже, сдерживаемая сила в каждом движении, предельная собранность бегуна перед рывком…
"О чём ты думаешь, идиотка!!! Это всё твоя вина! И всё, что сейчас произойдёт, будет на твоей совести!"
— Чарли… — выговорился только тихий шёпот, — остановись…
— Помнишь, Уизли, ты сказал, будто у меня нет золота, имеющего для тебя настоящую ценность? — тихий вкрадчивый голос звучал почти ласково. Молодой человек замер, как вкопанный и, казалось, перестал дышать. — Вижу — ты меня понял, — одобрительно кивнул Люций, и тонкие губы раздвинулись в хищной улыбке. — В этом мире всё имеет свою цену, важно правильно подобрать эквивалент, не так ли? — Чарли молчал. Флёр отчётливо ощутила идущие от него волны ненависти и ужаса.
"Всё из-за меня… Что я наделала…"
— Видишь, Уизли, как бывает: вейла развлеклась, а тебе расхлёбывать. Ведь ты уже любишь её, верно? — слово "любишь" подчёркнулось издевательски-брезгливым тоном.
— Она не вейла, — ответ прозвучал спокойно и твёрдо. — Она — самое прекрасное создание на земле, и я её люблю, — Флёр закрыла глаза, чтобы слышать только голос и звучащую в нём нежность, но не видеть Пожирателей и нацеленные палочки.
— Вот и славно, — кивнул Малфой. — Теперь ты будешь у меня танцевать, как дрессированный медведь в цирке. И будешь выполнять любые приказы, причём добровольно и беспрекословно. Подчёркиваю — любые! За хорошее поведение я позволю тебе видеть её раз в неделю — минут двадцать, думаю, будет вполне достаточно, — Малфой оскалился, глаза прищурились, став острыми, как клинки. — А если ослушаешься — Круциатус достанется ей, ведь тебя надо беречь. Так что, будешь смотреть и получать удовольствие. Она должна очень соблазнительно корчиться, не находишь? — Люций был готов к немедленной атаке, позади три палочки целились в грудь молодого человека, но Уизли не кинулся на него. Чарли резко упал на пол, и заклинания Пожирателей Смерти прошли высоко над ним. В следующий миг, подобравшись, быстрым мощным движением он бросил своё тело вперёд и вбок, как камень из пращи, — смёл малфоевских прихвостней и шваркнулся вместе с ними об стену с такой силой, что по комнате пошёл гул. И тут же вскочил, держа в руке палочки поверженных врагов. Но заклинание произнести не успел — не хватило одного вздоха и половины секунды: Сногсшибатель Малфоя ударил его в грудь.
Флёр даже моргнуть не успела, — так быстро всё это промелькнуло перед глазами. Торжествующий Малфой в одиночестве стоял посреди комнаты, оглушённый Чарли упал на бездыханных Пожирателей Смерти, распростёршихся у стены.
