— И? — Тёмный Лорд вопросительно склонил голову набок. Сейчас он не прятался за искусственно возрождённый человеческий лик, плоское лицо — безгубое и безбровое — белело в полумраке. Несмотря на всё сильнее разгоравшийся рассвет, шторы в комнате оставались плотно задёрнутыми, а камин горел еле-еле, давая слабый красноватый свет, таявший в темноте. Такие же красные отблески мерцали в расширенных неподвижных зрачках Господина, ничего не выражающий пристальный взгляд упёрся в Люция, обдавая нездешним холодом. Но раскалённая добела ярость оказалась сильнее — Малфой почти не ощутил смертельного ужаса.
— Они улетели.
— Они? Меня интересует дракон.
— Дракон улетел, предварительно уничтожив более полусотни Пожирателей Смерти, — Люций говорил абсолютно бесцветным голосом, ярость сожгла все интонации.
— Интересно… Значит, я потерял дракона и полсотни своих солдат, так?
— Да, Господин!
— И кто же виноват в этой рождественской шутке?
— Я, Господин! — грызущий душу зверь бушевал внутри сокрушительным ураганом, мозг ослеп и оглох и, не в силах более сдерживать ярость, готов был убить самоё себя, раз не удавалось немедленно найти более подходящий объект. Плоское лицо Тёмного Лорда слегка дёрнулось, будто в попытке изобразить удивление.
— Приятно слышать, — щель рта раздвинулась чуть шире, казалось, оттуда вместе с шипением последнего слова должен непременно выскользнуть тонкий раздвоенный язык. — И чего же ты заслуживаешь за это, Люций, любезный друг мой?
— Смерти, Господин!
— Хорошо! — щелеобразный рот раздвинулся ещё шире, кажется, изображая улыбку. — Ты получишь то, чего просишь, — мигом раньше обе змеи на подлокотниках засеребрились в красноватом свете живой чешуёй, и молниеносно метнулись к горлу человека. Малфой не дрогнул и не двинулся с места, только глаза непроизвольно зажмурились. Холодные влажные смертоносные клыки коснулись шеи и, не оставив даже царапины, отпрянули назад. Змеи вернулись на подлокотники и притаились — одеревенев, но блестя всё ещё живыми глазами. — Не много ли ты на себя берёшь, Люций? Здесь я решаю, кому жить, кому умереть…
— Простите, Господин. Больше это не повторится, — Пожиратель застыл в глубоком поклоне, касаясь рукой пола у ног Тёмного Лорда.
— Ты нужен мне… время для твоей смерти ещё не пришло… — Господин прикрыл глаза. Веки двигались как-то странно, казалось, есть ещё одна — прозрачная плёнка, моргающая вертикально, как у ящерицы. — Кто сумел вывести дракона?
— Драконовод, которого я пытался использовать для обучения солдат правильному обращению с этими зверями.
— И он обучил мою гвардию?
— Нет.
— Почему?
— Я… — голос отказался служить, чуть притихшее белое пламя взорвалось с новой силой — жажда рвать, кромсать, крушить набухала удушающей волной, затопляя разум. — Я…
— Что — ты? — Тёмный Лорд почти развлекался, наблюдая за Люцием.
— Я не смог его заставить.
— Надо же… Ты — и не смог заставить!
— Не успел… — прохрипел Люций, зверь метался в глазах, ища путь наружу.
— Кто он?
— Один из сыновей Уизли…
— Кто именно? — отрывисто спросил Тёмный Лорд.
— Кажется, из старших… имени не знаю… — Малфой давился словами, словно они не хотели покидать горло.
— Уизли… — протянул Волдеморт, думая о чём-то своём. — Откуда этот твой Уизли узнал про дракона, не подчиняющегося мне?! Только трое знали об этом: я, Джон Ральф и ты, Люций. Я не в счёт — согласен? — Малфой, позволивший себе выпрямиться, кивнул, неотрывно глядя в красные безразличные глаза. — Ральф находился в замке всего несколько часов и ни с кем не встречался. Так? — Малфой кивнул, едва заметно сглотнув. — Остаёшься ты — мой любезный друг! Ты сам рассказал драконоводу о драконе?! Сам указал ему дорогу к побегу?!
— Нет…
— Нет?! Тогда — Джон Ральф? Значит, он всё же задержался в замке, и встречался с этим твоим… подопечным? По своей инициативе или по твоей просьбе? — Малфой молчал. Страх постепенно заполнял его — ноги заледенели и приросли к полу.
— Просьбе?.. — холод поднялся до бёдер. — По собственной инициативе, Господин. Ральф какое-то время назад работал с Уизли, и вызвался поговорить — попробовать сломить его упрямство…
— Это нечто новое в твоём арсенале, друг мой… Помнится, ранее отдавалось предпочтение иным способам ломать упрямцев… — в белых, неестественно тонких пальцах мелькнула палочка, сверкнули искры. Холод поднялся уже до груди Люция, тело почти потеряло чувствительность…
— Я не успел! — Малфой скрипнул зубами, опуская голову. В глубине души пробудился съёжившийся, было, безудержный гнев, который вновь вспухал девятым валом, жёг грудь, искал выход, тщась вырваться наружу…
— Будь любезен, поясни, каким же образом твой Уизли смог покинуть замок незамеченным, настолько хорошо замаскировавшись, что Карта до сих пор показывает его местонахождение — в комнате Северной башни?!
— Не знаю, Господин…
— И детекторы не засекли никакой посторонней магии. В чём тут дело? Кто ему помог?!
— Ему помогала мисс Делакур… — белое пламя заколыхалось в мозгу, превращаясь в зверя со стальными когтями. Даже мертвящий холод отступил — ярость, и жажда мести сотрясали Люция.
