"Он так и просидел со мной весь день и всю ночь?!" — сердце запрыгало, готовое выскочить из груди. И тут она увидела фиалки на стенах и потолке, кофе и булочки на прикроватной тумбе, ощутила восхитительные запахи… Весенние цветы на Рождество, её любимый кофе… Щемящая нежность и благодарность охватили её, горло свело, защипало глаза… Не желая потревожить, девушка осторожно повернулась на бок, чтобы лучше видеть Чарли, сунула рисунок на тумбочку и кончиками пальцев легко дотронулась до его щеки, провела по тёмным шелковистым бровям, коснулась губ… Серые глаза приоткрылись, сквозь сонный туман в них сверкнула радость, Чарли сграбастал Флёр и впился в неё поцелуем — долгим, страстным, ненасытным. Она отвечала, с удивлением замечая, как всё её существо напитывается энергией, прибавляются силы, поднимается настроение, сердце поёт утренней птичкой — словно живая вода вливалась в неё, растекаясь по венам… Это было потрясающее ощущение!
Но идиллию быстро нарушила мадам Помфри. Решительным шагом войдя в лазарет, целительница заявила о необходимости немедленно осмотреть пациентку. Чарли попробовал возражать и хотел остаться, но хогвартская медсестра оставалась непреклонна. Уизли упрямо отказывался покидать помещение, боясь, что обратно вернуться будет гораздо сложнее.
— Даю честное слово — едва закончу, тут же позову вас! — уверяла мадам Помфри, Чарли колебался. — Ступайте, мой друг, — улыбнулась строгая врачевательница с неожиданной теплотой и сочувствием, — я займу немного времени, вы не успеете даже как следует соскучиться… — молодой человек поднялся, всё ещё не решаясь уступить:
— Скажите, когда-то здесь была душевая — я могу воспользоваться? — мелкая хитрость — возможность вроде бы уйти и в то же время остаться.
— Конечно! — улыбнулась мадам Помфри, — всё, как прежде, — в Хогвартсе немногое меняется с годами…
Обменявшись с Флёр сияющими взглядами, Чарли вышел в дверь на противоположном конце лазарета. Медсестра с тяжёлым вздохом покачала головой, но промолчала, встретившись со счастливыми и смеющимися васильковыми глазами.
Подставляя лицо тугим струям прохладной воды, он думал о том, что этот день — последний, и что надо непременно сказать Флёр, чем раньше, тем лучше… И как заставить себя сказать… и как заставить себя уйти… И почему он пошёл на поводу у Дамблдора, согласившись лишь на двухдневную отсрочку… Дамблдор! Он же собирался непременно поговорить с ним — времени осталось так мало!
Чарли решительно выключил душ, наскоро вытерся и второпях одёлся. Приоткрыв дверь, выглянул в лазарет — мадам Помфри колдовала с призванными баночками и порошками, Флёр сидела на кровати, прижимая к груди одеяло. Вопросительно приподняв брови, Чарли мотнул головой в сторону врачевательницы, девушка расширила глаза и пожала плечами, приложив палец к губам, молодой человек со вздохом кивнул и на лице проступило такое несчастное выражение, что Флёр прыснула и послала ему воздушный поцелуй. Он совершенно по-мальчишески порозовел и расцвёл широкой радостной улыбкой, на щеках заиграли обожаемые ею ямочки. …Он уже давно скрылся за дверью, и звук шагов затих, а перед глазами Флёр отчётливо стояла картинка — высокий стройный силуэт в полуприкрытом дверном проёме, влажные тёмно-рыжие пряди, змейками прилипшие ко лбу и шее, расстёгнутый ворот рубашки, небрежно накинутая на одно плечо мантия и сияющая белозубая улыбка… Она зажмурилась — запомнить, запечатлеть, сохранить навсегда этот образ — чтобы ни ждало впереди, счастье — вот оно, рядом, и — будь что будет потом…
Размашисто вышагивая по коридорам, Чарли удовлетворённо отмечал — за много лет, прошедших после окончания учёбы, он не забыл дорогу в учительскую и даже помнил все исчезающие ступеньки на многочисленных лестницах — детские воспоминания самые прочные… Пробиться в кабинет Директора без приглашения было занятием безнадёжным, поэтому Уизли счёл логичным поискать Дамблдора в учительской, а в случае неудачи — попросить помощи у знакомых преподавателей, или же связаться по внутренней связи, кажется, таковая имелась между комнатой отдыха учителей и пресловутым круглым кабинетом — самым таинственным местом во всём Хогвартсе. Его расчёт оказался верен, — директор пребывал в учительской, греясь у камина и о чём-то негромко беседуя со Снейпом, жертвовавшим время своего свободного урока на проверку эссе третьекурсников.
— Профессор Дамблдор… Профессор Снейп… Извините за вторжение — вынужден прервать…
— Проходите Чарли, очень кстати! Я сам собирался послать за вами — мистер Олливандер утром прислала кое-что. Северус, продолжим чуть позже, не возражаете?
