Наступила тишина, и в этой тишине раздался какой-то сдавленный писк, а потом глухой звук падения. Трое друзей обернулись. В дверном проёме стоял пухленький мальчик, его маленькие чёрные глазки перебегали с одного "заговорщика" на другого, а рот был широко раскрыт. Это без сомнения был Питер Петтигрю, его учебники валялись на полу. Четверо мальчишек с минуту молчали, каждый, старясь со своими чувствами. Люпин был не на шутку перепуган, Сириус зол, Джеймс немного обескуражен, а сам нарушитель пребывал в паническом ужасе. Тишину нарушил строгий голос Сириуса:
— Что ты здесь делаешь, Питер?
— Я шёл мимо… и услышал голоса, а потом… — он уставился на Люпина.
— Придётся тебя лишить сегодняшних воспоминаний, — Сириус вытащил палочку. — Ты не должен знать, о чём мы здесь говорили.
— Не надо! — пропищал Петтигрю, умоляюще прижимая руки к груди. — Я обещаю молчать и никому не скажу…
— Мы тебе не верим, — шагнул вперёд Джеймс. — Очень многие будут не прочь узнать тайну Ремуса, поэтому тебе этого знать не положено.
— Обещаю никому не говорить, клянусь! Да я и слова этого боюсь, что уж там болтать об этом кому-то… Или это не правда? — он затравлено глянул на Люпина.
— К сожалению, это правда, — тот наконец обрёл дар речи. — И вам двоим, этого тоже знать не нужно. Теперь вы убедились, что я для вас опасен?!.. Я для всех опасен… — Люпин повернулся и хотел уйти, но Джеймс сжал его плечо.
— Мы не собираемся причинить тебе зло, и я уверен, — ты тоже. Ты ведь никогда не пытался на нас напасть, — сказал Поттер с улыбкой. — Это никак не повлияет на нашу дружбу.
— Верно! Ты наш друг, будь ты хоть русалкой или динозавром, — добавил Джеймс. — Тебе одиноко и очень тяжело с этой ношей. Мы хотим помочь.
— Ведь намного легче, когда ты не один несёшь эту ношу, — вдруг робко сказал Питер, а Сириус улыбнулся.
— Он прав, ты можешь на нас положиться.
— Спасибо, — губы Люпина сами распылились в широкой улыбке. — Вы настоящие друзья!
— А теперь расскажи, как обыкновенный мальчик стал оборотнем? — попросил Джеймс.
— Это долгая история… Когда я был ещё совсем юным, лет пяти от роду, я был не в меру любопытным мальчиком. Непоседливым и неугомонным. Обожал животных и лес… Мы жили на краю знаменитого Шервудского леса. Однажды отправившись с отцом в глубь таинственной чащи добывать компоненты для какого-то зелья, я отстал от него и потерялся. Но поначалу ни капли не испугался, ведь для меня лес — дом… Родители меня искали всю ночь. Я же спрятался в пещере, не подозревая, что в ней живёт нечто ужасное. Меня не удивил стог сена и догорающий костёр, — Люпин закрыл глаза, облокотился на подоконник и продолжил. — Я не боялся встретить обитателя пещеры, просто не думал, что это может быть оборотень. Но в полночь в пещеру зашёл не человек, а волк. Его глаза светились ярко-жёлтым светом, и сам он был огромен. Я догадался, что на самом деле это оборотень. Мои ноги среагировали сразу, и я рванул наутёк, но волк схватил зубами мою лодыжку и стал тащить в пещеру, я кричал изо всех сил. Когда эта тварь буквально втащила меня обратно в пещеру, раздались выстрелы, — Люпин поднял глаза на друзей, которые с ужасом и сочувствием смотрели на него. — Я помнил голоса людей, но я не чувствовал ног, всё тело ныло и болело. Мама мне потом рассказала, что я пролежал несколько дней в бреду. Меня поили разными зельями и снадобьями. Врачи надеялись избежать трансформации и уничтожить яд оборотня, но яд уже проник в кровь и процесс стал не обратим.
— Господи… — Сириус глубоко вздохнул. — И что дальше?
— Родители были в шоке, когда первые месяцы в полнолуние у меня стала расти шерсть, клыки и когти. Я тогда был ещё почти не опасен. Тело чесалось, я раздирал в клочья мебель и свои вещи, однако через полгода я стал уже полноценно превращаться в злобного малютку оборотня. Родители каждый месяц прятали меня в подвале, не выпускали на улицу, скрывали ото всех, а были уверены, что путь в Хогвартс мне закрыт навсегда.
— Но тебя же взяли, — проглотив комок в горле, произнёс Джеймс.
— Дамблдор оказался таким добрым, — Люпин улыбнулся. — Мои одиннадцать лет встретили горем. Но в начале июля в окно влетела сова и бросила на стол два письма. Одно мне, другое родителям. Это был жёлтый конверт, подписанный изумрудными чернилами. Моё сердце бешено забилось. Оказывается, Дамблдор все предусмотрел, и я мог пойти учиться. Я был так счастлив, что, возможно, согласился бы жить в пещере в лесу, лишь бы учиться магии и попытаться найти себе друзей. Но я живу в замке с друзьями. Меня уводят раз в месяц через проход в Дракучей иве. Он ведёт в Хогмист, в один из заброшенных домов. Там я провожу пару дней, пока луна не пойдёт на убыль. А раны я наношу себя сам, потому что нет возможности напасть на кого-то ни было.
— Бедняга… — Джеймс положил руку Ремусу на плечо. — Тебе ведь стало легче?
— В какой-то степени да, но все же я для вас опасен… и ещё! — глаза Ремуса блеснули. — Ни в коем случае не заходите туда!
— Не волнуйся, на это мы не пойдём, — уверил его Сириус.
— Но мы обязательно придумаем, чем тебе помочь.
