Это оказалась небольшая чаша, наполненная серебряной жидкостью. Сердце Гарри бешено забилось. Неужели это Омут Памяти его отца, и он сможет увидеть всю его жизнь, те моменты, которые отец сам выбрал, чтобы сохранить и передать сыну?! Юноша, дрожащий рукой, потянулся к серебряной глади, но тут за дверью послышались шаги. Гарри быстро закрыл чашу и молниеносно спрятал шкатулку в тумбочку. Он успел вовремя, потому что не прошло и минуты, как дверь распахнулась, и в комнату ввалились весёлые и шумные Рон с Симусом. Они о чём-то громко говорили, размахивая тетрадками.
— Ой, Гарри! — воскликнул Рон. — Ты решил нумерологию?
— Пока нет, — буркнул тот.
— А мы тут обсуждали грядущий квиддичный сезон …
— Игры начнутся почти через два месяца, — заметил Гарри, покосившись на Симуса.
— Но мы слышали, что Малфой уже готовит команду к новым играм, — сказал Рон и сел на кровать.
— Больше выпендривается, я уверен, — пробурчал Гарри.
— А если нет! — запротестовал Симус.
— Мне сейчас нет до этого…
— Как не до этого?! — оторопел Рон. — Гарри, ты же капитан…
— И где твоя новая метла? — поинтересовался Симус, а Рон бросил на Гарри быстрый взгляд.
— У меня её нет, — отрезал тот.
— Как нет, тебе же её подарили на Рождество? — поразился Фининган.
— Это была шутка близнецов Уизли, а не настоящая метла, — отчеканил Гарри. — Я не хочу говорить на эту тему.
— Ну, хорошо, хорошо, — сдался Симус.
— Вот и отлично, — Гарри вытянулся на кровати, заложив руки за голову.
— Что с тобой случилось, почему ты опять не в духе? — Рон тревожно глядел на друга.
— Просто всё надоело, все мешают и не дают спокойно почитать, — ответил Гарри.
— Ну, прости, друг, что мы тебе помешали, — тут же надулся Рон.
— Прекрати! — Гарри вскочил. — И вообще, оставьте меня в покое! — он развернулся и выскочил из комнаты, хлопнув дверью.
— Какая его муха укусила? — закатил глаза Симус.
— Большая и мерзкая, по имени… — Рон чуть было не сказал Снейп, но вовремя проглотил язык. — А да ладно, какая разница.
— Это его дело, но главное чтобы он от злости не разнёс гостиную, — согласно кивнул Симус.
Гарри спустился в гостиную, которая была полна учеников. Гермиона стояла, окруженная первоклашками, и что-то терпеливо втолковывала им. Юноша опустился в кресло, не сводя с неё глаз ни на секунду, словно бы она могла одним своим присутствием объяснить по какой такой причине Гарри Поттер наорал на своего лучшего друга. Этот Снейп сведёт его с ума! Почему алхимик отдал вещи отца сейчас, почему не продолжал их прятать, что скрывает Омут памяти и как попасть туда, чтобы никто не помешал?! Гарри, уперев подбородок в кулаки, продолжал смотреть на Гермиону, наблюдая за её движениями — как она поворачивает голову, улыбается, поправляет волосы, отбрасывает пряди с глаз. Она пару раз оборачивалась к Гарри и коротко улыбалась, но не подходила. Юноша просидел так около получаса, пока староста не рассталась с первоклашками и не подошла, наконец, к нему.
— Что-то случилось, Гарри? — она присела на ручку кресла.
— Нет, просто смотрел на тебя, — он накрутил на палец длинную каштановую прядь и отпустил, наблюдая, как она подскакивает пружинкой.
— А как насчёт уроков? — прищурилась девушка.
— Ну, завтра не самые сложные предметы… — Гарри невинно посмотрел на неё и приобнял за талию.
— Но к ним всё равно нужно готовиться, — Гермиона вскочила и потянула его за руку. — Пошли.
— Ну, Герми… — простонал он.
— Пошли, немного позанимаемся! — она вновь потянула его за сабой.
— Только если ты будешь рядом, — он широко улыбнулся.
Они занимались до тех пор, пока Гарри не сделал все уроки, и только тогда Гермиона его отпустила. Он приплёлся в спальню заполночь, с головной болью и ощущением странной нервозности. Друзья уже спали, посапывая носами. Юноша присел на кровать, и тут его осенило, что сейчас самый удобный случай отправиться в путешествие по Омуту Памяти отца. Он достал шкатулку, плотно задёрнул полог и раскрыл коробочку. Рука потянулась к серебряной глади, и палец коснулся её, холод обдал всё тело, надвинулся туман, а потом…
…Большой зал Хогвартса ослепил блеском и торжественностью убранства. Под потолком сияли миллионы свечей, ночное небо было ясным, звезды и луна практически не добавляли света, являясь здесь лишь необычным украшением. Дверь главного зала отворилась, и вошла декан Гриффиндора, а за ней гуськом потянулись первоклашки. Их лица светились счастьем и благоговейным восторгом, они крутили головами и тихо перешёптывались. Гарри, ни секунды не сомневаясь, определил в толпе ребятишек своего одиннадцатилетнего отца. Джеймс шёл во втором ряду и улыбался. На носу его аккуратно сидели круглые очки, а тёмные волосы были старательно причёсаны. Процессия первоклашек остановилась у табурета, с лежавшей на нём Шляпой, и МакГонагалл, окинув взглядом будущих учеников, развернула список:
