Тот подошел к вопящему бродяге, который теперь сидел, обхватив колени, и подчеркнуто учтиво обратился к нему.
— Господин, вы говорите правильные вещи, вы можете сказать, что нас ждет?
— Тьма! Я провидец, пять лет назад мне пришло знамение! — с вытаращенными глазами завопил бродяга.
— Господин, мы можем поговорить без лишних ушей, мне кажется, эти люди служат тьме! — заговорщицким тоном произнес он, и кивнул на стражников.
— Он точно штаны последние отдаст, — злорадствовал Том.
— А я думаю, нет! Он умеет разговаривать с людьми! Не зря его Бароном кличут! Он тут самый образованный! — заметил Алан, явно провоцирую Тома на заключение спора. Ну а что, он тоже заработать хочет. При этом он душой не кривил. Карл, действительно, среди их компании, да и среди всех стражников, был самым образованным. Он являлся незаконнорожденным сынком какого-то богатого барона, и до пятнадцати лет, воспитывался как благородный.
— Спорим, этот бродяга вернется! — не унимался Том.
— На четыре серебряника! — заявил Алан и хитро улыбнулся.
— Заметано! Дей, ты свидетель! — довольный стражник протянул ему руку.
Алан только ухмыльнулся. Карл прикончит этого бродягу глазом не моргнув, вот и весь спор. Эти деревенщины ведь не убивали никогда, и уж точно не воевали, а они профессиональные наемники. А Карл и вовсе несостоявшийся наемный убийца, до сих пор питающий симпатию к этому ремеслу.
Алан был знаком с ним почти полгода. Тот пришел в их наемный отряд ещё в Антанаре, когда они собирались в Антарийскую Империю. Герцог Камирский как раз искал наемников для войны с варварами. Уже потом, Алан узнал, что Карл таким образом решил смыться из Антанарского Царства, в котором сам Царь назначил за его голову награду. Причем, причина была веской, попытка убийства местного князя.
Поначалу, ему не особенно понравился высокомерный новичок с вечно распущенными жиденькими волосами, который постоянно хвастался тем, что он незаконнорожденный сын Барона Ритского из Шайского Герцогства. Алан полагал, тот лжет. Правду тот говорит или нет, проверить было невозможно. Карл утверждал, что никакой бумаги с перечеркнутым гербом у него нет, потому что после смерти отца его старший брат, несмотря на завещание, выставил его. А по внешности Алан определять благородных не умел. Да и напоминал Карл скорее головореза. У него было узкое лицо с аккуратным заостренным подбородком, и такой же аккуратный, но при этом длинный нос с горбинкой. Правда, нос был несколько искривлен из-за перелома, а над левой бровью красовался шрам от глубокого пореза. В итоге, вкупе с привычкой смотреть на всех с презрением, Карл имел скорее зловещий вид, нежели благородный. И это, несмотря на то, что хоть и ростом он был достаточно высокий, внушительным телосложением Карл не отличался. Но достаточно было на него посмотреть, и тут же складывался образ законченного головореза. Но обстоятельства сложились так, что Алану пришлось искать с ним общий язык. Вскоре он даже решил, что Карл, несмотря на высокомерие, все-таки славный малый. Ну да, не повезло родиться бастардом. Успел попромышлять убийцей. Не очень удачно, но все же.
Зная Карла, Алан мог с уверенностью сказать, они завтра разживутся целым недельным жалованием. А там можно в трактире в кости поиграть, это они умеют. После того, как их убрали с рынка, ни Алан ни его друзья оставаться тут не собирались. Главное, разжиться хоть какой-то суммой на первое время, и можно сваливать. То, за чем они сюда прибыли, оказалось обычным обманом, а теперь и вовсе делать в Небельхафте нечего.
Карл вернулся через полчаса. Несмотря на то, что он, похоже, промок до нитки, на его лице застыла довольная ухмылка. Немудрено, теперь никаких воплей не будет, и монеты, считай в кармане. Алан также довольно улыбнулся.
— Больше он не сунется! Я потолковал с ним! И он свалил к гребаной матери! Послал я его… В Цегенхафт, пусть там сосет хер у местных выродков! — начал хвастаться Карл, отряхивая плащ, с которого стекала вода.
— Да он скоро вернется, — не верил Том.
— Завтра посмотрим. Дай самокрутку! — в наглой манере потребовал Карл.
— Вы уже достали, половину моего дурмана скурили! — вознегодовал тот.
— Да, и моих тоже, — вторил ему Дей.
— Я вас от этого упыря избавил, а вы че, жмоты сраные? Гоните самокрутки, — Карл исподлобья посмотрел на Тома, скорчив зловещую улыбку, больше похожую на оскал, и тот, помявшись, все-таки поделился.
— Благодарю! — учтиво бросил он, и начал подкуривать.
— Ну ничего, вышвырнут вас за эту Синюю Свинью. Трактирщик хай поднял, к Ранигу ходил, — вдруг заметил Том.
— Должок ты все равно нам отдашь! А так, меня лично тут ничего не держит, — заявил Алан.
— Да, тут ловить нечего. На рынке ещё ладно, а тут херня одна, — согласился Карл.
— Велеру с Лютым сейчас хуже, мокнут на стене, — Алан глубоко вздохнул.
