“Холодные пальцы коснулись сперва моих волос, убирая их со лба и едва дотрагиваясь до кожи, а затем и шеи, вызвав такую приятную и знакомую волну мурашек, что я невольно зажала чужую руку между плечом и подбородком. Решив, что это Риан заявился ко мне в покои, как я и велела, попробовала отмахнуться от него и потянулась, собираясь открыть глаза, но замерла, стоило просто ледяным и твёрдым губам коснуться сперва моего виска, затем опуститься чуть ниже. Такими, едва заметными поцелуями, оставляющими за собой только жар моей кожи, незнакомые губы оставили дорожку вплоть до шеи, а когда они дотронулись до неё, я ощутила шероховатую поверхность языка, оставляющую после себя слабый след. Нет, это было уже слишком, один поцелуй от брата на балконе по вполне объяснимым причинам – одно дело, а вот это уже просто недопустимое поведение. Открыв глаза и повернувшись лицом вверх, я застыла, уставившись в зелёные глаза человека, нависшего надо мной, и его лицо не принадлежало Риану.
Видя, что я больше не сплю, мужчина улыбнулся несвойственной своему лицу улыбкой, которая испугала меня до ужаса, а пальцы ног похолодели несмотря на то, что всё ещё были в сапогах. Тот, кому принадлежало лицо, просто не мог находиться здесь, и даже если он добрался сюда пешком, как порой делал, приходя ко мне в поместье, что ближе к границе, нежели Кленск, то он определённо точно не стал бы покрывать меня поцелуями.
– Я тебя разбудил? Вот незадача, я не хотел, просто соскучился, – тихо проговорил он, наклонившись к моему уху, а сразу после слов его ледяные губы снова коснулись моей шеи, командуя там, словно этот участок кожи принадлежал только ему. Чувствуя, что завязки корсета слишком ослаблены, я с ужасом обнаружила ещё и одну из рук мужчины, копавшуюся в складках платья. Можно смело сказать, что пышные юбки, которые шли в комплекте к моему наряду на свадьбу брата, буквально спасли меня от чьих-то пальцев, ведь настоящим владельцем лица, смотревшего на меня всего несколько секунд, незнакомец не мог быть. Выставив вперёд ладони, я попыталась оторвать его от себя, но в ответ его руки только сильнее стиснули меня и прижали к груди, и тем самым заключили в своеобразную тюрьму. Вскрикнув, я попыталась пинаться ногами и дёргаться, но этим ещё сильнее загнала себя в ловушку, ведь ноги раздвинулись, и мужчина ловко скользнул так, что смог устроиться между ними. Любые удары не причиняли ему особого вреда.
– Ну, что ты, какая тебе разница? – прошептал мужчина, я же взвыла от досады, а взгляд упал на его ухо, торчавшее прямо на уровне моего рта. Вцепившись в него зубами, что было сил, я не знала, кто кричал громче, я или незнакомец с лицом Хенорпа. Неожиданно мужчина выругался неизвестными мне словами, а мои зубы сжались, ударившись друг о друга. Той части человеческого тела, которую они сжимали секунду назад, в них уже не оказалось, а существо отлетело к ближайшей стене, где и повисло, растопырив руки в стороны. Только теперь я и увидела его. Фигура в чёрном балахоне стояла в дверях и не шевелилась, но пустота под капюшоном смотрела прямо на человека на стене. Запыхавшись, я поправила юбки и корсет платья, отметив, что меня толком-то и не раздели, спасибо куче завязок и узлов.
– Я понимаю, если бы ты вселился в какого-нибудь бедолагу и попытался изнасиловать её в жизни, но вот являться к ней во сне. Да ещё и в моём виде – это верх безвкусицы, смысл которой далёк от моего понимания, – раздался мой любимый голос, и я готова была вскочить с кровати и бросится настоящему Хенорпу в объятия, но присутствие постороннего лица мешало это сделать.
– Я лишь проверял теорию, вспыльчивый ты наш. Отпусти меня, – раздался такой же голос, но только от человека на стене, а я удивлённо уставилась на него, но отпускать его никто не собирался.
– Молви, – велела фигура в балахоне.
– Лайсер велел убедиться в отсутствии связи между вами, – мужчина на стене запнулся и через секунду по его образу прошла рябь, меняя внешний вид, и теперь это оказался блондин с короткими пышными волосами и аккуратными бакенбардами, но совершенно чистым подбородком и областью над верхней губой. Я прежде никогда его не видела и невольно подтянула слегка съехавшее с груди платье.
– Убедился? – отозвался Хенорп, медленно скидывая с головы капюшон и демонстрируя нам своё лицо. В том, что это был он, у меня не возникло никаких сомнений. У того, первого, выражение выдавало в нём чужака, оно не было настолько безразличным и равнодушным, как у оригинала.
– Да, – выдавил блондин на стене, а Бог смерти кивнул, и незнакомец пропал. Переведя взгляд на меня, Хенорп пожал плечами и преодолел разделяющее нас расстояние всего за пару шагов.
