– Это объясняет всё ещё больше. Теперь Вильгельм пятый камня на камне не оставит от этой страны, – шок, охвативший меня, затмил переживания обо всём остальном. Бросив взгляд на спину Риана, я понял, что парень уже не слышал этой новости.
– Думаешь, ему хватит мастерства защитить её? – неожиданно спросил солдат, едва заметно склонив голову. Покосившись на него, я приподнял брови.
– Его нельзя недооценивать, – отозвался я, а солдат размашистыми шагами направился вслед за Рианом.
– И всё же он никогда не был столь хорош, как я, – бросил мужчина себе за спину, удаляясь от меня и тем самым не позволив мне уточнить, о чём он. Я сильнее сжал зубы и проследил за ними обоими, пока мужчины не скрылись за поворотом. Эта фраза резанула мне уши, ведь я не понял, откуда вообще солдат мог знать, насколько хорош мой король, если прежде никогда его не встречал. Тряхнув головой, я счёл сказанные слова слишком завышенным самомнением уверенного в себе и прошедшего многие битвы воина.
– Как бы это ему ни пришлось защищать вас всех, – тихо проговорил я, прекрасно зная, на что способен Риан, и поспешил вернуться в замок, с целью отправить письмо, но в первую очередь следовало вытащить Эдгара с брачного ложа и оторвать от моей сестры.
Главным минусом моего плана было то, что я понятия не имел, где именно находятся покои молодожёнов, потому поспешил найти хоть кого-нибудь из гвардейцев и спросить их об этом. Неожиданная мысль ударила в голову с такой силой, что я врезался в угол на повороте и плечо отдалось пронзающей болью. Поморщившись, я хотел развернуться и броситься назад, на улицу, но остановился. Скорее всего, уже поздно бежать, Риан и солдат спешили, и явно не стали бы задерживаться здесь на то время, что я потратил на бег по коридорам в поисках гвардейцев или помощи в указании направления. Остановить их и расспросить солдата, который помог нам спасти Вентиру, да так и остался при ней, о подробностях той ночи я больше не смогу.
Я не видел, как погиб принц Винсент тогда. Перед глазами всплыли воспоминания, что парень взялся за меч и весьма мастерски им управлялся, пока не подоспела толпа солдат. Дальше я уже тащил принцессу, и понятия не имел о судьбе среднего из рода Вильгельмских. Если принц умер, то от чьей руки? Аионы или самого солдата? Это не имело значения, ведь его отец всё равно будет винить во всём Вентиру, но вопрос не давал покоя. Хотя сейчас мне некогда бежать в подземелье и задавать его Богине войны. Если парня убила она, значит, мужчина это видел? А что, если его убил он сам, потому и отправился с нами, ведь дома точно лишился бы головы? Мысленно выругавшись за собственную глупость и столь не вовремя пришедшие подозрения, я тряхнул головой, помассировал плечо и отправился искать хоть кого-нибудь с целью поднять на уши весь замок. Этой стране предстояла ещё одна война, которую она уже не перенесёт.
Вестница конца.
Ровные стволы деревьев проносились мимо и оставались позади, уступая место своим собратьям. Они стояли довольно близко друг к другу и жались к дороге, что тянулась от Кленска к перекрёстку, а затем в объезд болот, к моему поместью. Мы только недавно уехали из этого города и прибыли в замок, оттого я мысленно проклинала королевскую свадьбу, заставившую меня уехать так далеко вглубь страны. Отправься я домой и сразу оказалась бы там, где надо в нужный момент. Сейчас меня гнал страх за дочь, а я гнала лошадь так, как никогда прежде, и не опасалась, что могу свалиться с неё и сломать себе всё что угодно, ведь наездница из меня никудышная.
Только когда наступила ночь, а из-за туч лунный свет не освещал дорогу, Риан, который бросился следом невзирая на свой титул, обогнал меня и, схватившись за поводья, заставил остановить взмыленную лошадь. Гремя доспехами и вытирая пот со лба, Эрик догнал нас, пока я упиралась в надежде вернуть управление в свои руки.
– Вентира, ты не доберёшься туда быстрее, если твой конь умрёт, ему нужен отдых, я уже не говорю о тебе самой, – резко заявил брат, сурово наблюдая за мной и удерживая животное, которое нервно фыркало и тяжело дышало. Ноги лошади тряслись, и я ощущала это, сидя в седле. Положив руку ей на шею, я признала правоту Риана. Я была в пути целый день, выехала с первыми лучами солнца, и неслась в бешеном темпе без передыха и остановок. Бросившиеся же за мной спутники, в лице брата и Эрика, делали остановки, а затем догоняли, когда я понимала, что лошадь вот-вот упадёт и сбавляла темп. Чудо, что животное оказалось столь выносливым и ещё держалось на ногах. Следовало его пожалеть, хотя бы из-за уважения.
