Костоломы то ли не поняли зазывалу, то ли им надоело лупить зрителей по очереди, но они накинулись на меня все сразу. Тот, что поменьше, кинулся в ноги, чтобы лишить равновесия, самый крупный сдвинул кулаки и ими, как сдвоенным молотом, попытался сверху вниз пробить мне череп, а средний просто ударил под дых. Только у них ничего не получилось. Тело Полины-поляницы, хоть и утратившее свой разум, не растеряло бойцовских навыков. Я увернулась от удара в живот, перепрыгнула катящуюся тушу, проскользнула рыбкой мимо бицепсов самого крупного силача, на мгновение оказавшись у него в объятиях, и со всей силы врезала лбом в переносицу гиганта. В голове, знамо дело, загудело как в бочке. Но я-то сознание сохранила, а он — нет. И начал заваливаться на бок, еле я успела выскочить.
Открою вам великую яичную тайну: если вы играете в бой варёными яйцами, помните — чаще выигрывает то яйцо, которым бьют, а проигрывает то, которое бьют. То же самое и в бою настоящем: кто бьёт головой — тому нормально, а кого ударили — в обмороке. Это и в жизни хороший принцип: бей первым, или проиграешь.
— Арргх! — зарычал средний костолом, и уже кинулся на меня, как мелкий его придержал:
— Вася, спокойно, выключи идиота, сейчас нам наваляют, если мы не успокоимся. Пошли по схеме «минус альфа».
И они попытались взять меня в клещи. Вася, который убрал с лица дебильное выражение, вдруг обрёл пластику движений и хитрый прищур. Коротышка стал двигаться вообще как барс, если бывают почти кубические барсы. Они сближались, а я просто вертела головой, пытаясь понять, то из них нападёт первым. Должен был бы коротышка, если я что-то понимаю в рукопашном бою. В конце концов, семь лет уже зависаю в спортзале. Но, увы, Вася опять поторопился: он прыгнул на меня с ликующим криком, и мне пришлось — пришлось, понимаете! — остановить его коротким и резким ударом. Который пришёлся бы в подбородок, не задери этот дурень голову. А так мой кулак скользнул вперёд и раздробил Васе кадык, который инерции не погасил. Попросту говоря, я сломала ему горло и шею.
Голова борца мотнулась назад, и он упал, сшибив своей тушей начавшего было подниматься костолома № 1.
— Всё, всё, стоп, брейк! — скрестил руки над головой коротышка-силач и побежал к распорядителю. Мгновенно выбежали служащие, накинули на Васю красивое шёлковое полотно и уволокли его, облепив как муравьи. Грустным голосом зазывала объявил, что несмотря на трагическое событие, победитель у нас всё-таки есть. Мы ж все понимаем — базар, такое дело. Многие заканчивают свои дни на базаре, даже не подозревая, что Чёрная Судьба именно сегодня махнёт над ними крылом.
— Награда в десять золотых присуждается деве Окане Шарэ! Надеемся, что благородная дева пожертвует один золотой на похороны великого силача Василия Великого, и ещё один — безутешной вдове, которая как раз сейчас будет выступать в память своего покойного супруга.
Я кивнула.
— Благородная дева! — похвали меня зазывала. — А сейчас на арене — гимнастка Зузу! Встречайте!
Зазывала поманил меня за собой. Я поискала глазами друзей, обнаружила только кийну, прилипшего глазами к лотку со сладостями, да Сэрва, со знанием дела раскрывающего рты лошадям. Пожала плечами и вошла под семь красного шатра.
Там уже собралась тёплая компания: бабка, чуть не в обнимку с костлявым магом, два силача, Алтынбек, какой-то неопрятный чернобородый мужик в полосатых штанах, обтягивающих круглое, как арбуз, пузо, да зазывала. Зазывала, если рассматривать его пристально, был весьма примечателен: блинный острый нос, мелкие, будто проковырянные в лице, чёрные глазки, детские короткие штанишки и такая же курточка с двумя большими белыми помпонами вместо пуговиц.
— Беру всех! — с ходу заявил полосатый мужик. — Щипать карманы можете тоже, но пятьдесят процентов — мне, за риск.
— Не возьму в толк, о чем вы, — призналась я, садясь на старый пехотный барабан, который зачем-то стоял в шатре.
— Владыка толкует о том, что желает видеть вас в цирковой труппе. Вашу колдунью, хитрого вора, мальчишку, который может собирать деньги, кентавра и, конечно, вас, благородная дева, — пояснил остроносый зазывала.
— Благородная дева, — фыркнул полосатый. — Да она же разбойница, за версту видать! Бойцов больше нет, значит, растеряла банду, скрывается в Аграбе. Хошь-не хошь, у тебя два пути: либо я тебя сдаю властям за убийство Василия Великого — а свидетелей полгорода, либо ты занимаешь его место. Бесплатно. Остальные, понятно, присоединятся за еду, кров и небольшую мзду.
— Я вот думаю, — почесал бороду полосатый, продолжая философствовать на тему моих предполагаемых преступлений, — за тобой такие грешки водятся, что царь Борух, небось, заплатит много больше, чем я выручу от твоих выступлений. Но цирковые да работники деревянной иглы всегда друг друга поддерживали, да? Вот.
— А ты наглец! — восхитилась я. — Ты так уверен, что мы пойдём с тобой?
— Абсолютно.
— Владыка Баракус никогда не ошибается! — восхищённо прошептал остроносый зазывала.
— Сегодня — ошибся, — заявила я. — Уходим! Уже смеркается, а нас ждут в другом месте.