— Джаспер выследил меня с помощью железной гончей до собора Святого Луки. Когда я столкнулась с этой троицей, они волокли за собой парнишку на цепи. На нем не было живого места. Он не мог стоять, потому что ему сломали ногу и руку. Переломали все ребра…
Мой голос вот-вот мог сорваться. Нет. Этому не бывать. Я изо всех сил постаралась сохранить подобие самообладания. Дерек сделал шаг вперед.
Пуля впилась в бетон в дюймах от моей ноги. Я бросилась влево и нырнула за стену.
Чертыхнувшись, Дерек спрыгнул с края обрыва.
* * *
Я РАЗГЛЯДЫВАЛА парочку, которую Дерек уложил на бетон. Он поднялся по лестнице, неся обоих за пояса штанов, и сгрузил их передо мной. Они выглядели слегка помятыми, но их внутренности все еще были внутри, что было большим плюсом.
Тот, что помоложе, щеголял короткими каштановыми волосами и бронзовой кожей, и вероятно, был девочкой-подростком, одетой в мужскую одежду не по размеру. Тот, что постарше, был парнем примерно моего возраста, светлокожим, с темными волосами и темной бородой, и, судя по взгляду, уже смирившийся с судьбой быть избитым.
— Вы натравили на нас ходага.
Парень развел руками.
— Вы перерезали наш кабель три раза. Честное слово, леди, чем мы вам не угодили? Вы всем людям перерезаете телефонные линии или только нам?
— Только вам.
Он откинулся назад.
— Что мы вам сделали? Я вас даже не знаю. — Он повернулся к девочке. — Ты ее знаешь?
Девочка покачала головой.
Он снова повернулся ко мне.
— Видите? Мы вас не знаем. Нам нужен телефон, чтобы выжить. Нам нужна еда, одежда, оружие, ведь с одного огорода сыт не будешь.
— Занимаетесь садоводством, значит?
— Да, выращиваем всякое, огурцы-помидоры. Мы мирный народ, в чужие дела не лезем.
Я указала на голову ходага.
— Чтобы вырастить ходага до такого размера, вы должны были кормить его человеческим мясом.
Девочка побледнела.
В глазах парня на секунду промелькнуло удивление, но он быстро спохватился.
— Было дело, он сожрал пару трупов. Но они бы все равно сгнили. Понимаете, леди, это просто жизненный круг.
Ну да, ну да. Жизненный круг.
— Как тебя зовут?
— Не говори ей, Сефус, — шепнула девочка и тут же испуганно закрыла рот ладошкой.
Сефус зыркнул на нее.
— Я хочу узнать о Джаспере, — сказала я.
— Мы не знаем никакого Джаспера, — ответил Сефус.
Над ним навис Дерек.
— Отвечай или твоя голова окажется у меня во рту.
Сефус сглотнул.
— А, Джаспер? Так вы о том Джаспере… Ну да… Мы знаем Джаспера. А что с ним?
— Вчера он взял двух ваших и отправился на задание. Мне нужно узнать, кто его нанял.
Сефус воздел руки к небу.
— Кто знает? Джаспер неразговорчивый тип. Его не слишком любят, и у него было тяжёлое детство. У мужика проблемы с выражением чувств, поэтому, когда они у него появляются, это выводит его из себя. А когда он выходит из себя, то на всех срывается.
— Когда я вышла из себя последний раз, Джаспер лишился своей головы. Сейчас она покоится на металлическом подносе в морге Ордена.
Девочка вцепилась в Сефуса. Он обнял ее рукой и скорчил обиженную мину.
— Не нужно угроз. Мы тут все друзья. Телефонная линия у нас в общем пользовании. Ты платишь в копилку за телефонный звонок. Иногда деньги идут на покупку лекарств. Иногда их забирает Джаспер. У него паршивые навыки лидера. Я не знаю, кто нанял Джаспера. Но знаю некоторых людей, с которыми он работал.
— Назови мне их имена.
Он посмотрел в небо.
— Кристи Констанса, Даллас Карен, Бемби Ноуластнейм, Марк Рудольф, Феликс Госвин…
— Ладно, — кивнула я. — Можете идти.
Сефус посмотрел на меня, оглянулся на Дерека, снова глянул на меня, схватил девчонку за руку и бросился бежать. Мы слышали их топот по лестнице до самого низа Разрыва.
— Они разбиты кончиной Джаспера, — сказал Дерек. — Я чувствую их скорбь.
— Ты сам слышал — у мужика были проблемы с выражением чувств. Наверняка держал дистанцию с большинством людей и не создавал прочных связей со своим окружением. Что поделаешь, не задалась у него жизнь.
Порыв ветра растрепал мои волосы. Мир вокруг потемнел. Над нами готовился разразиться шторм.
— Как там парнишка? — спросил огромный оборотень рядом со мной.
— Не знаю. Мне сказали, что он стабилен. Я проведывала его этим утром. Он выглядит так, будто умирает. — Пора бы мне уже заткнуться.
— Предложение о хорошем медмаге всё ещё в силе.
— Спасибо. Если получится, то методисты его вылечат. Мне не дает покоя одна мысль. От Уайт-стрит до церкви Святого Луки минимум полчаса хода. Они волочили мальчика на цепи, и никто даже пальцем не пошевелил, чтобы ему помочь. Почему? Все в городе ослепли?
— Этот город всегда был слеп, — жестко ответил он. — Люди не хотят вмешиваться. Пока это их не касается, они делают вид, что ничего не происходит.
Люди знали о его семье и не помогли. Люди видели меня на улицах каждый день, и все равно проходили мимо.
Мы стояли рядом друг с другом. Ветер трепал его мех.
— Что будет, когда мы найдем убийцу пастора Хейвуда? — спросила я.
— Я вырву его сердце.
Это не был речевой оборот. Он говорил буквально.
— Это его не вернёт, — продолжил Дерек. — И мне не станет от этого легче. Но это нужно сделать.
— Это дело гадкое и запутанное.
