— Ты перестанешь чувствовать своего дракона окончательно, забудешь, что такое полёт и внутренняя сила, — продолжила леди де Вальт спокойно, словно читала скучную статью. — Превратишься в обычного человека. А Амелия… она сможет дать тебе крылья.
Сможет. Если захочет этого. Причём добровольно. Но…
— Она этого не хочет.
— Амелия ещё не ощутила связь, — в словах матери послышалась улыбка. — Скоро всё изменится, не переживай. Я вижу, как она на тебя смотрит. Истинность — это дар свыше. Да, Амелия человек к тому же из другого мира. Ей сложно всё это понять так быстро. Но истинность — это не навязывание чувств, а обретение своей родственной души, своей идеальной половинки. Вы будете чувствовать друг друга, знать желания, эмоции. Это великий дар.
Я глубоко вздохнул.
Дар. Мне с детства говорили об этом, мечтали, что у меня будет истинная половинка. Что я смогу возродить драконов. Я и сам мечтал об этом долгое время, но быстро понял, что это практически невозможно. И сейчас моя истинная здесь, рядом, всего в нескольких шагах от меня, а я… Я ещё не до конца поверил, что это действительно свершилось.
— Да, кто же вам написал, матушка? Неужели, Бранн? — решил перевести тему на более безобидную.
Леди де Вальт ответила не сразу.
— Он хотел как лучше. Сначала сообщил, что в доме поселилась какая-то вертихвостка, желающая отобрать у тебя твоё наследие, затем прилетел Гронн и сообщил о возможной паре, затем снова письмо от Бранна. Ты думал, я останусь после всего прочитанного в стороне?
— Изначально я не хотел восстанавливать замок, — решил рассказать правду. — Думал забыть обо всём, перечеркнуть прошлое, продать его и просто вывезти книги, но приезд Амелии…
— Она поселила в твоей душе сомнения, — улыбнулась она. — Это хорошо. Не стоит забывать своё прошлое, свои корни.
— Вы никогда не проходили ритуал подпитки, не знаете, какие ощущения при этом испытываешь.
— Не знаю. Твой отец запретил мне это, чтобы я не чувствовала боли. Он передавал часть своей силы мне, чтобы я хоть немного ощущала свою драконицу. Да, она обижается на меня, хочет расправить крылья, ощутить полёт. Я тоже этого хочу и понимаю её, но также знаю, что твой отец хотел для меня как лучше. И он знал, что именно так будет для меня лучше. Он чувствовал это. Также и ты будешь чувствовать Амелию. Если дашь вам шанс.
— Она хочет найти книгу. Дорогу домой, — ответил на это.
— Так дай ей её.
— Что? — я резко обернулся и увидел улыбку. — Вы противоречите сами себе. Хотите, чтобы она осталась и говорите, чтобы я дал ей возможность уйти.
— Нет, сын. Это ты не понял всего, что я хочу тебе сказать. Найди книгу, дай её Амелии и если она тебя любит, то не уйдёт.
— Она меня не любит, — отрезал на это и вновь отвернулся к окну.
— Ты ничего не делаешь для того, чтобы это произошло. Как полюбить того, кто выгоняет тебя из дома? До сих пор не верю, что ты смог это сделать.
— Меня вынудили обстоятельства.
— Да-да, помню. Куча девушек, осаждающих замок и прыгающих в твою кровать. Но ты же к тому моменту уже подпитывал дракона, неужели ничего не почувствовал?
— Нет, я закрылся. Не думал, что обретение истинной возможно.
— Зато теперь знаешь, что в нашем мире возможно всё, — вновь улыбнулась она, подошла ближе и положила руку на моё плечо. — Проводи с Амелией как можно больше времени, ухаживай. Я знаю, ты это умеешь. Поверь, ваша связь только окрепнет, и потом она не захочет уходить. Запомни, Эрден, такой идеальной для тебя девушки ты больше никогда не найдёшь.
Утро нового дня не принесло ни радости, ни облегчения, ни надежды, что всё будет хорошо. Наоборот, всё ещё больше запуталось. Всю ночь я ворочалась, не могла уснуть и постоянно думала… да обо всём! И в первую очередь о де Вальте.
Он меня поцеловал. Без разговоров, без разрешения, просто взял, что хотел! А я… Я растаяла в сильных, надёжных руках. Забыла, зачем я здесь. Забыла, что он дракон, способный испепелить целое поселение. Что я нужна ему только для снятия проклятия. Ему нужна наша возможная связь, а не я сама. Обо всём забыла.
Его аромат до сих пор преследовал меня, кофе с нотками дерева. Мягкий, обволакивающий. Кажется, я пропиталась им насквозь. И потому всю ночь мысли путались, постоянно возвращаясь к этому мужчине и не давая уснуть.
Едва я переступила порог комнаты, закрыла глаза и прислонилась спиной к двери. Что это было? Проявление чувств или… циничное охмурение объекта? Наверное, мне бы хотелось первый вариант, но здравый смысл говорил о втором.
Перед глазами пролетела магическая бабочка, оставляя за собой золотой след. Это заставило отвлечься. Прошла вглубь комнаты, не без труда нашла книги, что оставляла здесь перед уходом и закрыла каждую, погружая комнату в полумрак и убирая магию во всех её проявлениях. Сейчас этот лес только отвлекал.
