— Почему они называют меня хозяином? — спрашиваю, оказавшись вновь в доме. — Ты ведь знаешь, что я не некромант, почему другие этого не понимают? Столько лет прошло, они должны осознать, что хозяин не вернется. И тем более я совершенно не похожа на Альфреда Манна. Я никоим образом не мужчина. Или они не могут различить моего пола?
— Когда хозяин создавал нас, он постоянно экспериментировал, что-то добавляя или, наоборот, чего-то лишая очередное свое творение. Я был одним из первых, — говорит он гордо. — Я стал помощником хозяина, так как мог мыслить и делать выводы. Кто-то из нас лишен такой возможности из-за отсутствия мозга, но в основном все дело в том, что прошло много времени. Они успели забыть, как выглядел хозяин, они тянутся к крови, которая течет внутри наследника.
— Ты ведь понимаешь, что я девушка? Почему ты постоянно говоришь "наследник"? Скорее уж наследница, — усмехаюсь абсурдности ситуации: объясняю монстру, что я не принадлежу к мужскому полу.
— Простите, — сокрушенно качает головой Дворецкий. Наверное, как и тот великан решил, что я злюсь на него. — Хозяин говорил про наследника, он не говорил про наследницу.
Никогда не приходилось успокаивать тех, кого я лично не знала. Да и вообще, делала я это всего несколько раз за свою жизнь: один раз, когда у тети украли кошелек с деньгами и она расстроенная пришла домой, а второй раз дело касалось Ксюши — девушки из моего потока в колледже. Мы с ней хорошо общались, она была отличницей и всегда охотно помогала мне. Я обнимала ее, позволяя поплакать на своем плече, когда она получила четверку за важный тест по истории. Опыта в подбадривании монстров у меня нет.
— Не стоит так волноваться, — криво улыбаюсь, посматривая на существо. — Ты не сказал ничего такого, за что тебе стоило бы просить прощение, — он продолжает мотать головой, смотря в пол. — Серьезно, это даже приятно, что ты не разделяешь людей на женщин и мужчин. Феминистки были бы счастливы познакомиться с тобой.
Слова не работают, и я, преодолевая отвращение в себе, касаюсь самыми кончиками пальцев руки Дворецкого — той самой, которая некогда, скорее всего, принадлежала какому-то силачу. Волосы на затылке встают дыбом от омерзения, но я не отдергиваю руку, продолжая пальцами поглаживать участок кожи чуть выше запястья создания.
Прикосновения оказываются эффективными: чудовище поднимает на меня свой взгляд, и в его глазу мелькает не привычная вежливость, а то, что видела у тех, других, с кем уже приходилось сталкиваться. Его глаз полон невообразимой нежности, я бы даже сказала любви, если бы вдруг сошла с ума и подумала, что монстры могут испытывать подобное чувство. Представляю, как точно так же Дворецкий смотрел на некроманта — того, кого считал, наверное, не просто своим создателем, а… отцом.
***
— Человек…
Самаэль появляется в кухне, замирает в дверях, увидев, как девушка прикасается к существу. Она выглядит растерянной и слегка смущенной. Воин не понимает, что сподвигло ее коснуться монстра.
Саша отдергивает пальцы, будто попалась на чем-то противозаконном. Мужчина расслабляется, заметив, как та заводит руку за спину и вытирает ладонь о подол платья, пока чудовище не видит. Самаэлю легче от этих действий. Он готов смириться с тем, что покинул свою королеву и свой орден, но не готов к тому, что девчонка начнет проявлять симпатию к созданиям некроманта. Подобное отношение уже стоило многого. Дай королева убить ту, кого называют Мадлен, проблем было бы меньше.
— Я буду на обед овощной суп и чай, — выпаливает скороговоркой Куприянова и обходит Дворецкого стороной, подходя к воину. — Решил составить мне компанию? Пойдем, я покажу тебе самого всамделишного великана.
Саша, не задумываясь, тянет воина за руку к двери, ведущей на задний двор. Она хотела рассмотреть то существо получше, но ей было страшно, а теперь, когда Самаэль здесь, можно рискнуть. Мужчина покорно идет следом за девушкой, не вырывая своей руки, осматривая Дворецкого с ног до головы. Монстр не остается в долгу и тоже внимательно оглядывает ангела. Самаэль понимает: ему здесь не рады, этот дом ждал наследника, а не его.
— Он, и правда, похож на великана, — выдавливает из себя восхищенно Куприянова, остановившись на нижней ступеньке крыльца.
Существо, занятое кормлением животных, поворачивается на голос, вновь замирая под взглядом девушки.
— Хозяин, — толстые губы растягиваются в широкой улыбке. — Хозяин, — монстр приближается, но Саша останавливает его одним взмахом руки.
Она без страха глядит на создание, ведь этот великан не такой уж и страшный, как другие. Он просто большой, но в остальном вполне похож человек, только волос на голове не хватает и взгляд как у маленького ребенка. Существо выглядит добродушным, и Куприянова размышляет, что, наверное, такими и были бы великаны в волшебной стране, вход в которую она не нашла в шкафу.
— А еще они сами выращивают овощи, даже оранжерея есть для слишком прихотливых экземпляров, — зажатость из девушки ушла.
