Нет, только не это, только не он! Он же, он же… Как давно Вистинг здесь сидит? Даже если всего лишь минут пять, то он успел увидеть всё, что видеть не должен.
Я попыталась спрятаться за Зоркого, чтобы хоть как-то прикрыть наготу, а Вистинга моё щекотливое положение будто и не смущало. Его вообще всё устраивало.
– Что вы здесь делаете? – строго спросила я, пытаясь удержаться за спину Зоркого.
– То же, что и ты. Пришёл ополоснуться после изнурительной дороги. Кстати, как сегодня водичка, тёплая?
Так бы и плеснула ему этой водичкой в лицо, чтобы перестал пристально на меня таращиться, но до берега слишком далеко. И как же мне теперь выбраться на сушу и одеться, чтобы Вистинг не видел? Ведь сидит на камне и даже не шелохнётся. Значит, лучшей защитой будет нападение:
– Выходит, это вы увели Зоркого из Сульмара, – принялась я за обвинения, – украли его у меня. А я ведь думала, что его загрыз медведь. И как вам не стыдно?
– Помилуй, принцесса, я никого не крал. Полчаса прошло, как я покинул Сульмар, а он прибежал вслед за мной в лес. Откуда мне было знать, что он от тебя опять сбежал? Я решил, что ты передумала и улетела на дирижабле домой. И что мне нужно было делать с Зорким? Разумеется, я взял его с собой.
Как только Зоркий услышал своё имя, то принялся крутиться и плавать вокруг меня. Я крутилась следом, пытаясь спрятаться за него, но всё было тщетно – неугомонный пёс окончательно оголил меня.
– Да отвернитесь уже, я хочу выйти на берег, – не в силах справиться с Зорким, потребовала я от Вистинга.
– Пожалуйста, – флегматично откликнулся тот и повернулся вполоборота ко мне.
Не теряя ни секунды, я выплыла на берег и поспешила схватить вещи у камня и отбежать на безопасное от Вистинга расстояние. Мало ли что у него на уме. Пока я отжимала волосы, Зоркий тоже выбрался на сушу, подбежал ко мне, начал отряхиваться и окатил меня брызгами.
– Ай, перестань! – повернулась я к нему. – Хватит.
Вроде бы Зоркий всё понял и присмирел. Надо же, а он становится послушным. Неужели после четырёх дней общения с Вистингом он понемногу начал исправляться?
– Кстати, – подал голос за моей спиной похититель собак, – почему ты здесь, а не на Песцовом острове? Ты же собиралась лететь туда на воздушном шаре.
– Собиралась, но ничего не вышло, – ответила я, спешно натягивая пыжиковое бельё на мокрое тело. – Воздухоплаватель наплёл что-то про какую-то закрытую зону и отказался выполнять рейс.
– Ясно.
– Что вам ясно?
– Ясно, что дальше нам придётся идти вместе. Всё, как ты и хотела, принцесса.
Я невольно повернулась в сторону Вистинга и увидела, что он опять изучает меня взглядом. И давно он так смотрит? После того, как я успела натянуть бельё или до?
Со злости, я запустила в него первым, что подвернулось под руку – рукавицей. А Вистинг поймал её на лету и преспокойно заметил:
– Что, уже не хочешь добраться до Тюленьего острова без приключений?
– С таким невоспитанным и самонадеянным типом – ни за что.
Не успела я залезть ногами в штанины комбинезона, как Вистинг поднялся с камня и начал стягивать с себя кухлянку.
– Что вы делаете? – забеспокоилась я.
– Собираюсь искупаться, раз озеро свободно от пугливых девиц.
А потом он преспокойно стянул с себя свитер, начал расстёгивать рубаху, а из-под неё отчётливо виднелись рыжеватые волоски на его груди.
Не помня себя, спотыкаясь, я натянула на ноги унты, подхватила кухлянку и рванула прочь, пока Вистинг не оголился полностью прямо на моих глазах.
До стоянки я добежала за считанные минуты и Зоркий вместе со мной. Эспин успел развести костёр, даже палатку поставил и теперь только подкидывал ветки в огонь.
– О, нашёлся, – погладил он Зоркого, как только тот подбежал к нему, – неужели есть захотел и сразу прибежал по нашему следу?
Зоркий радостно вильнул ему хвостом, а после заинтересованно посмотрел на Брума, что стоял возле нагромождения срубленных кедровых лап. Мысли пса в отношения хухморчика трудно было не понять, но не успел Зоркий приблизиться к нему и приветственно облизать, как Брум залез внутрь импровизированной поленницы и уже оттуда недовольно пробурчал:
– Животное, зачем ты вернулось? Мокрый, брысь! Не тряси на меня своей шерстищей!
Всё, как и всегда, будто не прошло четырёх дней разлуки. Только Эспин понял, что что-то не так, как только поднял глаза и посмотрел на меня:
– Что случилось? На тебе лица нет.
– Там… – замялась я, не зная, что и сказать, – там у озера…
– Медведь?
Эспин со знанием дела уже был готов схватиться за ружьё, но я поспешила его отговорить:
– Хуже. Там Вистинг.
Эспин замер на месте – для него появление отставного майора стало не меньшим сюрпризом. А ведь Вистинг, как мне теперь известно, ещё и шпион. Даже не знаю, стоит говорить сейчас об этом Эспину или нет, а то снова возьмёт ружьё и отправится с ним к озеру.
– Что он там забыл? – наконец спросил Эспин. – Он что-то сделал? Обидел тебя?
– Он… – растерялась я, не решаясь говорить о голой правде, – он хочет идти на север вместе снами.
Эспин с минуту размышлял, что делать дальше, а после кинул в костёр ветку и направился в сторону зарослей.
