– Горный медведь, – вспомнила я рассказы в малом чумовище.
– И что тебе про него известно, принцесса? – спросил Вистинг, бросив на меня испытующий взгляд.
– Только то, что он огромен, живёт в пещере, у него красные глаза и жёлтый язык.
– А мне когда-то говорили, что он ещё и огнедышащий, – признался Вистинг и усмехнулся. – Не бери в голову, это просто местный фольклор про мифического зверя, который благоволит правильным охотникам и губит браконьеров. Правильная сказка, должен признаться, весьма полезная для всяких любителей палить без разбору по всему, что движется.
– Так если не медведь, – спросил Эспин, – от кого мы будем охранять лагерь? Уж не от таинственных ли пехличей, что запрягают тетеревов в узкие нарты?
На губах Эспина играла улыбка, а вот Вистинг оставался предельно серьёзен. Он даже не стал отвечать на вопрос, а просто сказал:
– Идите спать, Крог. Я разбужу вас через два часа.
Эспину этот приказной тон не понравился, и он возразил:
– Зачем же? Мне не трудно отдежурить сейчас, а потом разбудить вас.
– Как знаете.
На этом Вистинг направился к своей палатке, что стояла впритык к нашей, а я поспешила залезть внутрь и затаиться. Глупо, от Вистинга теперь не скрыться. Вот он, укладывается за тонкой стенкой, даже далёкий огонь от костра отпечатал слабые тени на тенте.
Сама мысль, что мне придётся спать в считанных сантиметрах от шпиона и развратника, заставляла трепетать и нервничать. Ничего страшного, тут рядом Эспин, он не допустит ничего плохого. Но как бы я себя не уговаривала, мандраж было сложно унять.
Внезапно по ту сторону тента что-то зашевелилось, а потом в мою палатку просунулась морда Зоркого. Не успела я ничего сказать, как он юркнул обратно, а потом шевеление переместилось в палатку Вистинга.
Зоркий, ну за что ты так со мной?! Почему ты не хочешь согреть меня? Всё из-за того, что я кормила тебя во время ужина? Потому что для тебя Вистинг вожак стаи? Но как же так, ведь я так тебя люблю…
– Спокойной ночи, принцесса, – раздалось за стенкой. – Сладких снов.
– И вам, – чуть ли не прорычала я в ответ и поспешила засунуть руки в волчий мешок.
Всё, теперь я смертельно обижена. На всех. Больше не буду никого кормить. И суп больше варить не стану. Не заслужили!
Глава 56
Проснулась я от ощущения, что кто-то тесно прижимается к моему плечу и давит на грудь.
– Эспин… – спросонья хотелось возмутиться мне.
А потом я открыла глаза и увидела перед собой мохнатую белую голову.
– Зоркий, пушистик.
Мой пёсик встрепенулся и радостно посмотрел на меня, даже лизнул кончик моего носа.
– Ну хватит, – рассмеялась я и обняла его.
Какое прекрасное утро. Мой лохматик всё-таки вспомнил обо мне, залез среди ночи в палатку и охранял мой покой и сон до утра. Наверное, он растерян после четырёх дней похода с Вистингом, вот теперь и мечется между нами и не хочет никого обделять своим вниманием.
Я принялась тискать своего пёсика, а он радостно катался на спине по спальному мешку Эспина. Пришлось закончить с нежностями, вылезти из своего мешка, натянуть верхнюю одежду с унтами и выйти наружу, чтобы узнать обстановку в лагере.
А обстановка была тихой: Эспин готовил завтрак на костре, а Вистинг расположился поодаль у кедрача и водил тупой стороной ножа по белому камню, а с того сыпалась крошка на подстеленный лист газеты. Я не смогла побороть любопытство и подошла ближе, а Вистинг тут же поднял глаза и приветливо улыбнулся.
– С добрым утром, принцесса. Как спалось? Не замёрзла?
Зоркий тут же подбежал к нам, сунулся носом к Вистингу и белому порошку, но вскоре чихнул и решил убраться подальше, например, к костру, где явно намечается что-то вкусненькое.
– Что это у вас? – спросила я. – Неужели камень с озера?
– Да, вытащил его вчера, просушил ночью у костра, а теперь соскребаю соль.
– А зачем?
– Пригодится. Звероловы с Ясноморья частенько приходят к термальному озеру полечиться от всяких хворей, а потом заготавливают соль, чтобы и дома можно было сделать целебный раствор для примочек. А иногда они плавают к Песцовому острову и выменивают эту соль на ложки из клыка холхута и корзины из лески.
– А откуда на Песцовом острове леска, если туда не плавают торговые суда с товарами?
– Из моря. Течения несут обрывки сетей с рыболовных судов именно к западному побережью Песцового острова. А там умелицы долгими зимними вечерами распутывают эти сети по ниточке, а уже потом плетут из неё плотные корзины. В них спокойно можно носить даже воду, а потом просто сложить вдвое, приплюснуть и кинуть в ящик с ненужными вещами до лучших времён. В Ясноморье такие практичные корзины весьма ценят. Ну, а на Песцовом острове тоже хотят лечиться целебными солями из термального озера.
Гибкие крапивные корзины невзрачного цвета я уже видела в чумовищах, а такие же корзины из лески должны быть очень яркими и менее эластичными. Как интересно современные материалы вплетаются в архаичный быт рыбаков острова, куда не плавают торговцы и рыбопромышленники империи. Поэтому интересно и другое:
– Так чьи же сети выносит на Песцовый остров?
– Ну не тромделагские же, – криво улыбнулся Вистинг.
