Да, тяжелый у меня выдался денек. Я пережила предательство парня, свою собственную смерть, обретение силы, странное заклинание вакуума, стрижку и бабушкину болезнь. Если к этому приложить пропажу папы, отъезд мамы и Юры, слежку и ментальное воздействие Влада, я, наверное, самый невезучий человек во вселенной. И с этим срочно нужно что-то делать. Просто так сидеть и прятаться не смогу, ведь страдают близкие люди.
- Раз все ищут меня, может быть сдаться? – голос срывался, но говорить я уже могла.
- С ума сошла? Столько лет тебя прятали, чтобы ты сейчас просто пошла и приняла удар на себя? – Эля негодовала и я ощутила, насколько горячее она стала. Интересное свойство у подруги.
- Так все это из-за меня. Папа, у Юры неприятности, бабушка заболела...
- Будем сражаться! – Эля отстранила меня. – Мы столько пережили с тобой, подруга! И из этого выберемся.
И, как ни странно, на меня подействовало.
- Надо выяснить как действует вызов по крови. Я должна поговорить с папой.
Может я и слишком импульсивна, но едва из дома вышла Варвара, тут же кинулась внутрь. В сознании шел четкий диссонанс между всегда сильной, даже в чем-то жесткой бабушкой и той, которую сегодня держала в объятиях, укачивая, словно сломанную куклу.
Серафима лежала в своей кровати с закрытыми глазами и, честно сказать, подойти было страшно. А еще более жутко– прислушиваться дышит ли. Но бабушка выглядела уже лучше, и я с облегчением выдохнула.
Вернувшись в комнату, с удивлением уставилась на Варвару. Она изменилась. Никакого благодушия и улыбок. Собранная, строгая, и, как оказалось, невероятно красивая женщина. Почему я раньше этого не замечала? Смуглая кожа, черные, словно цыганские глаза и с легкой рыжиной волосы – никакой седины. И это женщина, годящаяся мне в бабушки! Сколько же ей лет? Но задавать такие вопросы как-то не корректно, какьи беззастенчиво пялится. Поэтому я быстро опустила глаза и попыталась собраться, чтобы правильно задать все вопросы.
- Варвара Андреевна, я вижу, что бабушке лучше, но хотелось бы услышать еще информацию и от Вас.
Женщина на мои официальные речи лишь хмыкнула.
- Ты выросла, Лера. И это радует, – на меня пытливо уставились немигающие черные глаза. – Потому что началась не просто игра, а игра на выживание. И проигравших в ней будет в разы больше.
У меня мурашки по спине побежали от ее замогильного голоса. Зачем пугать? Я и так вся на нервах после сегодняшнего. Между тем «пророк» (а выглядела она сейчас именно так, только волос, магически развевающихся не хватало) продолжила вещать.
- Нас всех накрыло выбросом силы. И судя по твоей новой прическе, – она многозначительно посмотрела на мои короткие белые волосы, – понятно, кто виновник.
- Постойте, вакуум этот из-за того, что меня в озеро столкнули? – честно говоря, я была в шоке. Вот так пошутил надо мной Олежек…
- В озеро скинули?
Я рассказала, но далеко не все, что-то на интуитивном уровне заставило опустить детали своей негероической гибели, впрочем как и наличие на груди ключа. Роль бывшего парня умалчивать не стала. Врага нужно всем знать в лицо, да и переживала я, что он сюда прорвется, наделает чего-нибудь нехорошего.
- Он не пройдет в деревню, хотя защитный купол, после твоей инициализации еле выстоял. Да и озеро в безопасности, Олег его благодаря тебе увидеть смог, ведь только истинно чувствующим открывается.
- Что значит истинно чувствующим? В первый же свой приезд никто озера не увидел. Ничего не изменилось!
- Да? А что ты испытывала, когда в этот раз повела своего Олега туда?
И вот тут я призадумалась. Сначала он меня напугал, а потом была жалость. Искренняя, и такая жгучая, что слезы на глаза навернулись от того, что делаю больно и незаслуженно заставляю страдать такого хорошего человека. И отчетливое желание увидеть озеро. А в первый приезд была просто невнятная симпатия.
Неужели все это время с его стороны была игра? Изначальный холодный расчет? Никаких чувств…Вот теперь больно стало. Хотя всего пару часов назад я предательство Олега почти не воспринимала. Так задумалась, что не заметила, как все это произнесла вслух.
- Это сила Лера. После инициализации, ты и человеком то не была. В тебя вплелись стихии, настольно мощные, что полностью поглотили сущность. Реши ты тогда поплакать, хлынул бы ливень, разозлилась бы – всех накрыло цунами. Личность, как таковая, забилась в уголок сознания и сидела там, съежившись. Может быть и к лучшему. Так как еще и твоей обиды в тот момент, деревня бы не пережила. Никакие щиты не помогли!
Значит и моя тревога за бабушку, это лишь малая толика от реально возможных переживаний. Вот уж точно, к лучшему, потому что подумать боюсь, какой страх накрыл, будь я более адекватна.
Я вновь задумалась – значит все-таки из-за меня бабушка пострадала. Видимо чувство вины отчетливо проступило на лице, потому что услышала:
