На самом деле она действительно старалась вернуться к нормальной жизни. Встала утром, прибралась в доме, приготовила обед. Об этом она могла рассказать старому охотнику. Она лишь не могла рассказать, как вновь вернувшаяся способность чувствовать каждый раз заставляла ее плакать, когда на глаза попадалась какая-нибудь вещь, принадлежащая Дину, когда она увидела на полке кружку, из которой он всегда пил кофе (когда он пил кофе, а не что-то покрепче), когда под диваном она нашла лист, исписанный его рукой. Она тогда полчаса просидела на полу, прижимая его к груди и заливаясь слезами, пока чернила не расплылись мутными кругами.
Именно тогда она поняла, что не сможет оставаться в этом доме, где всё напоминает о нем, что ей надо уехать отсюда, чтобы начать новую жизнь без него. Хотя бы попытаться это сделать. И вот сейчас она думала о том, как сказать об этом Бобби Сингеру, пока он ел холодный ужин, который не захотел разогревать.
- Ничего не хочешь мне сказать? – вдруг спросил он, пока она гоняла по тарелке одинокий кусок картошки.
- Что? – оторвалась от своих мыслей Эмбер.
- Говорю, ты так выглядишь, будто что-то решила.
- Меня так легко вычислить?
- Давай уже, выкладывай. Все эти перемены ведь неспроста. Ты вылезла из своей норы, значит, думала, что делать дальше, - как в воду глядел охотник.
- Вообще-то я думала о том, чтобы вернуться в Детройт, - наконец, собралась с духом и выложила всю правду Эмбер.
- В Детройт, значит? Ну-ну, - только и сказал Бобби, отодвигая от себя пустую тарелку и наливая новую порцию виски. – И что же ты будешь делать в Детройте?
- Попробую привести в порядок дела в магазине, снова начать торговлю. Я ведь именно этим собиралась заняться, когда…
- Когда появился демогоргон, - договорил за нее Бобби. – И мы все помним, чем это закончилось.
- Бобби, я уже не маленькая. Ты не можешь смотреть за мной до старости, а у Сэма теперь свои дела. Мне пора возвращаться в свободное плаванье, - как можно более решительно проговорила Эмбер.
- Ну да, ну да… – проговорил Бобби, задумчиво вертя в руках стакан с виски. – И когда же ты думаешь уезжать?
- Через пару дней. Если, конечно, тебя еще не успело достать мое присутствие.
- Стукнуть бы тебя за такие слова! – только и ответил Бобби и залпом выпил свой виски.
Условленные два дня тянулись медленно, словно две недели. Чем дольше Эмбер находилась здесь, тем больше ощущала, как давят на нее стены. Словно со смертью Дина вся атмосфера здесь стала в десять раз плотнее. Чтобы убить время, она пыталась читать, смотреть кино, но всё, что раньше приносило ей удовольствие, теперь ничуть не радовало.
Наконец, Бобби, которому надоело наблюдать за ее мучениями, не выдержал и утром второго дня заявил, что если она немедленно не пойдет собирать вещи, то он сам побросает их в багажник и отвезет ее в Детройт.
- Вообще-то у меня уже итак всё собрано, - краснея, призналась Эмбер.
- Ну слава Богу! Посмотри я еще полчаса на твою унылую физиономию – и у меня бы точно разболелся зуб! Потому что сустав в левом колене уже итак ноет со вчерашнего вечера, - воскликнул охотник.
- Значит, ты правда не возражаешь, если я уеду? – не веря своим ушам, спросила Эмбер.
- Я же сказал. Или я тебе девочка, чтобы кокетничать? – добродушно огрызнулся он.
- Но ты же понимаешь, что это не из-за тебя? – не отставала он него Эмбер.
- Уж поверь: моя самооценка не настолько низкая, чтобы я начал сомневаться в собственной неотразимости! К тому же, чем быстрее ты приедешь в свой Детройт, тем быстрее поймешь, что там ничуть не лучше, чем здесь, и тем скорее, быть может, вернешься обратно.
Последние слова были сказаны без тени улыбки, и Эмбер почувствовала, как к горлу подкатывает комок.
- Мне будет не хватать тебя, - обняла она его, пряча лицо, чтобы он не видел ее слез.
- Ну-ну, хватит. А то я решу, что ты еще недостаточно зрелая, чтобы жить сама, - похлопал он ее по спине.
- Я больше не буду, - сквозь слезы улыбнулась Эмбер.
- Вот и отлично! А теперь давай, собирайся и марш отсюда! – скомандовал он.
Эмбер не надо было долго уговаривать. Оставив «мустанг» в гараже у Бобби, она взяла свой старый верный «додж» и, бросив в багажник свои вещи, зелья и книги, поехала в то место, которое когда-то привыкла считать своим домом. Надежда на то, что вдали от Су-Фолса она сможет меньше страдать без Дина, была слишком сильна. Однако, как и предупреждал Бобби, она не оправдалась.
