– Пошел! – прикрикнул Мадор на ящера, но блестящая серебром лента тотчас вылетела ему навстречу из пещеры. Безымянная гора оглушительно загудела и загрохотала вокруг, со скалы покатились крупные камни и пыль. Десяток серебряных лент вылетел навстречу Мадору, сверкая под солнцем. Ящер метнулся в сторону, зарычал, оскалив зубы и встав на дыбы. Мадор дернул поводья, ящер завертелся, забил хвостом, и сбросил Мадора на тропу. Мерзкая тварь! Мадор отскочил подальше от когтистых лап, а рампер Правого Дела вылетел из петли у седла и упал ему в руку. Есть! Блестящая лента выметнулась из черных зарослей и с шипением обвила зубцы. Что это, змеи Живого Огня?
– Отдай! – Мадор отпрянул, а рампер сам ударил по ленте, сбив ее на тропу, и вернулся в его руки. Вторая блестящая мерзость со свистом и грозным шипением устремилась прямо на Мадора, обдавая лицо жаром, еще две налетели слева, на лету раздуваясь в переливающиеся облака.
Мадор крепко схватился за рампер обеими руками, и началось сражение. Он не знал приемов боя, но рампер сам вел за собой его руки – колол, бил, защищался. Он взлетал, уходя от ударов блестящих лент, разил, падая с высоты, и вновь возвращался, накрепко прирастая к рукам. Блестящие ленты метались вокруг зеленых зубцов, мерзко шипя и превращаясь в блестящие облачка не больше двух локтей в длину. Облачка переливались, меняли цвет и золотились под солнцем, напоминая пелену, которая плывет в глазах от мысленных усилий. Отсветы золотых вспышек освещали темноту пещеры, от шипения хотелось зажать уши, тени метались по черным стенам.
Бездарные теснились на тропе где-то позади, как и положено трусам. Ну, сейчас он им покажет, что такое настоящий бой истинного повелителя этой земли! У него в руках рампер Правого Дела, и он добьет эти нелепые облака! Удары рампера участились, сбитые облака вспыхивали с неясным звоном, похожим на звук гудца в руках неумелого музыканта. Некоторые успевали снова превратиться в ленты, а ленты, извиваясь в воздухе, то и дело обхватывали руки Мадора.
– Давай, князь, давай! Сколько лет войском командую, а такого не видел! – услышал Мадор хрипловатый голос за спиной. Воевода! Хоть бы помог, морда мохнатая! Но ленты, они же облака, отступали в пещеру, а Мадор шел за ними в темноту, разя рампером Правого Дела. Сейчас он расправится с ними, чем или кем бы они ни были! Одна из лент метнулась над головой Мадора, завертелась, зашипела и вылетела наружу. Вспышка обдала спину жаром, раздался дружный рев мохномордых и крик боли.
– Вперед, ребята! Наших бьют! – послышался голос воеводы. Вот как? Теперь – наших, а где был этот вояка, когда Мадор сражался в одиночку? Поведение, достойное бездарного! Пусть только эта рабья душонка поможет укрепиться на Живом Огне настоящему владыке этой земли, и с ним можно будет расстаться!
Бездарные ворвались в пещеру вслед за Мадором, ленты закрутились вихрем, рампер вылетел из руки и помчался за ними по кругу в смертельном танце. В блеске золотых облаков и серебряных лент мелькали перекошенные рожи бездарных, их закопченные кольчуги и блестящие мечи. Воевода Гошар стоял стены, прикрывшись щитом и ловко сбивал мечом подлетающие ленты. Сколько же их здесь? Даже рампер Правого Дела не может с ними сразу справиться! Ну, сейчас они узнают, что такое настоящий бой! Пусть даже это будет последний бой Мадора, он закончит свою жизнь с честью, недаром он носит имя великого воина древности!
Их – двести сорок, а он лишь один,
Но, во всей силе и славе,
Неукротимый разит господин
Безумцев без чести и права.
Мадор с Нимелора будет сражаться до конца! Рампер снова влетел в его руку и повел своего хозяина в бой, сбивая золотистые облака одно за другим. Черная пещера заполнилась дымом и запахом гари. Что это, «Неукротимый» помогает? Мадор не чувствовал рампера в руке, все делалось будто само собой. Так вот что такое упоение битвой! Вот как, наверное, бился с врагами Мадор Неукротимый! Звон усилился, превратился в мерзкое шипение, и острая боль ударила в левую руку. От боли потемнело в глазах, и Мадор крепче вцепился в древко рампера.
Грозный рампер в могучих руках,
Бьет их неудержимо.
Начал свой бой и остался в веках
Витязь неукротимый.
Блестящие ленты превратились в облака, собрались в единое облако вокруг Мадора, зазвенели, зашипели и закрыли от него весь мир. Где-то рядом орали и двигались бездарные, он чувствовал мерзкий дух давно не стираных рубах и винного перегара, смешавшийся с острым запахом гари от сбитых облаков и лент. Сверху надвигался черный, закопченный потолок, будто старался помочь блестящим тварям.
Выхода нет, только сила и честь.
Мощью мысленной силы
Сдвинулись стены – свершается месть,
Помнится то, что было…
Прижавшись к стене, Мадор размахнулся рампером и ударил наугад прямо перед собой. Золотое облако дрогнуло, шипение превратилось в грохот, и наконец, разразился оглушительный взрыв. Золотое облако охватило Мадора, силовой удар сбил его с ног, и он полетел куда-то вниз, не выпуская из рук рампера. От мысленного усилия поплыла желтая пелена в глазах, потом все потемнело.
