А потом на мою ногу легла еще одна рука. Рихард. Он неторопливо повел по моей ноге до внутренней стороны бедра, наслаждаясь прикосновениями, пока Николас продолжал меня целовать. И я вдруг поняла, что мне больше не страшно. Ощущение было странным: там, где раньше зарождался страх, сейчас была пустота. Просто ничего. А потом в мои эмоции на это место ворвался горячий вихрь счастья и наслаждения. Обо мне заботились, меня оберегали, я не одна, и в обиду меня не дадут. Кажется, он только что помог мне избавиться от какого-то страха, о котором я и сама не подозревала. И этот вихрь был настолько мощным, что просто сводил меня с ума. Я ощущала себя способной на все. Для меня нет никаких преград, я могу делать все, что захочу, так, как захочу.
И я сама набросилась на губы, что целовали меня, застонав от удовольствия. Рихард прижал мою ногу, чтобы я не дернула ею, и несильно укусил за внутреннюю сторону бедра. Это выглядело так, словно тигру уже давно пообещали добычу, но все никак не отдают, и он, как домашний кот, пытается урвать себе кусочек и негодует, что у него не получается. И я чуть улыбнулась — в той степени, чтобы не прерывать поцелуй — и согнула вторую ногу. Рихард этим сразу воспользовался, схватился за нее и пару раз куснул и ее.
«Молодец, Кали», — в звучащем в моей голове голосе Николаса слышалась улыбка и одобрение, но он начал отстраняться, а вместе с ним это же сделал и Рихард.
Продолжая общаться без слов, они двинулись к моим ногам, и снова я перестала понимать, кто из них где. На этот раз, уверена, без проделок Николаса не обошлось. Как я узнаю у него позже, он счел нужным проверить, что все получилось и повторение не вызовет у меня нового приступа паники.
Чьи-то губы опустились мне на грудь, начав ее ласкать, а вторые — поцеловали у сгиба ноги, неторопливо двигаясь поцелуями по внутренней стороне бедра. Это все кружило голову, никакой паники. Я была затоплена волнами эйфории, между ног горело, и чьи-то пальцы обхватили там, где нужно, начав массировать. И я стонала и выгибалась под ласками двух умелых любовников. Я была беззащитна перед ними, но они и не были для меня угрозой. А вот от их ласки и от своего возбуждения я деться никуда не могла, даже если бы захотела. Тело двигалось словно само по себе, я шевелила бедрами и грудью, не в силах сдерживаться, стонала, кусая свою губу, а когда в меня проникла пара пальцев, в мой стон вмешалось недовольство. Я хотела намного, намного больше.
Пальцы во мне не задержались. Мужчины снова перестали меня касаться и сняли наручники, но возможность видеть я обратно не получила. Один из них поднял меня на руки и прошелся по помещению к большому стулу, сел на него и усадил меня к себе на колени боком, крепко удерживая меня за плечи через спину, предлагая опереться на руку. Второй энергичным шагом подошел, но когда он потянулся ко мне рукой, я перехватила его руку прямо по пути, остановив. Удивительно, как легко я адаптировалась к отсутствию зрения, возможно, это еще одна из особенностей моей школы магии. Но на тот момент я об этом не думала, все еще будучи полностью довольной происходящим, и тихо сказала ему, тяжело дыша:
— Подожди, — а потом повернулась лицом на того, кто держал меня на коленях. — Николас, ты касался меня и целовал, и это не доставляло неудобств?
— Как ты узнала, кто из нас кто? — осведомился он.
— Походку Рихарда сложно не узнать, — улыбнулась я. — Ответишь?
— Да, не доставляло.
— Позволь мне кое-что попробовать.
— Попробуй.
Николас кивнул и немного ослабил свою хватку, чем я и воспользовалась, чтобы подняться с его коленей, оперевшись на руку Рихарда, которую я все еще держала. Отпустив Николаса, я прижалась всем телом к Рихарду, обняла его и шепнула:
— Хочешь меня сзади?
— Я хочу тебя как угодно, — отозвался тот, крепко прижав меня за бедра к своему эрегированному достоинству.
Я впилась в его губы, но быстро прервала поцелуй, повернувшись в его руках к Николасу лицом. Примерное расстояние до него я помнила, звуков его движения не было, из чего я сделала вывод, что он все еще сидел на своем месте, и опустилась на колени. На всякий случай сначала потянулась рукой, чтобы убедиться, что он все еще на месте. Мои пальцы столкнулись с преградой — его коленом, и я положила на его ногу ладонь.
— Если тебе что-то не понравится, просто останови меня, — сказала я и повела ладонями по его ногам к ширинке, чтобы расстегнуть пуговицы.
