Настоат полностью

Метрополия ставит мне палки в колеса. Мало провианта, фуража, кончаются пращи, стрелы и топливо, нет «Тополей» и авиации. Объемы хищений и казнокрадства поражают воображение. Интенданты совсем потеряли страх, а совести у них никогда не было: беззастенчивое воровство лишает нас даже тех крох, что посылаются Городом. Вопиющее безобразие!

Три недели спустя: Великий день наступил: Картаго разрушен! Маятник качнулся в противоположную сторону – все, как и было обещано. Мы обильно посыпали плодородную землю солью и пеплом – отныне здесь всегда будет только пустыня. Справедливость восторжествовала!

Сопротивление было яростным, ожесточенным. Защитники понимали, что обречены на погибель. Силы экспедиционного корпуса значительно поредели. Пришлось дать пару залпов с драккаров и бригантин, лениво крейсировавших на горизонте.

К вечеру подошли дредноуты – новейшее, эпохальное изобретение Деменцио Урсуса – и, встав на рейд, шквальным огнем сокрушили последние укрепления города. А затем залили оазис и сопредельные деревни греческим огнем и напалмом. Боже, как я люблю его запах поутру!

Ночь после штурма: Мало кто понял, но сегодня мы одержали двойную победу – не только над неприятелем, но и над собственной властью. Правительственные свиньи, должно быть, надеялись, что мы всей армией сгинем в бескрайних пустынях Картаго. Однако судьба рассудила иначе. Грандиозный успех! Скоро я вернусь в Город – и тогда посмотрим, как запоет вся эта шушера!

Конец месяца: После долгих раздумий принял решение перебить всех оставшихся жителей Картаго – в назидание потомкам. Созвал военный совет. Дункан и Деменцио голосовали против: первый из милосердия, второй – из прагматических соображений: ему, мол, необходимы души для поднятия производительности собственных поселений. Все остальные голосовали за. Отлично! Значит, геноцид будет вполне легитимным.

«Убивайте всех, Господь узнает своих!»

Через три дня: Внезапно ударили морозы – невиданное для этих мест дело. Дункан наполовину в шутку, наполовину всерьез предположил, что земля гневается за злодеяние – убийство мирных жителей Картаго. Деменцио рассмеялся ему в лицо и возразил: «Лишь идиоты могут распространять подобные байки. Земля не умеет гневаться – уж в этом можете не сомневаться. В отличие от некоторых, я учился в школе и знаю географию и биологию». Опять чуть было не дошло до драки.

Вечером обнаружил у себя первый седой волос… Долго смотрел на него, не в силах пошевелиться.

Конец месяца: Все, мы здесь закончили! Жителей не осталось, город пуст и разграблен, крепость разрушена. Пора возвращаться – дома меня ждет триумф. Представляю, с какими кислыми лицами наши власти предержащие будут петь мне осанну; курить фимиам, описывая доблесть армии и мои заслуги перед Республикой. Они бы, конечно, предпочли поражение – собственно говоря, на него они и рассчитывали, посылая меня практически без снабжения к стенам доселе непобедимого неприятеля.

Отныне да помнят враги нашего Города: войну с Картаго мы можем и повторить! Священные слова сии начертаем на каретах и дилижансах, и в довершение всего украсим себя торжественными оранжево-черными георгинами.

Духовные скрепы – это действительно важно!

Две недели спустя: Сегодня последний раз стоял на развалинах города – завтра мы отплываем. Будущее окутано пеленою тумана. Quo vadis, камо грядеши?[39] Война завершена – сумеем ли мы преуспеть в мирной жизни? Это будет непросто.

Уже собирался идти обратно, когда услышал знакомый вкрадчивый голос – Деменцио подполз тихо, бесшумно, словно осторожный, умудренный опытом змий.

«О чем думаете, друг мой? Позвольте угадаю – о будущем? Все будет хорошо, поверьте! Впереди нас ждут новые, еще более великие свершения. Ваше восхождение только начинается.

Но почивать на лаврах рано – как минимум с десяток сановников Республики по-прежнему сильнее, богаче и влиятельнее вас. Впрочем, мы можем опереться на армию – но и у них есть свои боеспособные части. Исход противостояния далеко не предрешен.

Я думаю, вам нужно вернуться в лоно Церкви и потребовать для себя должность Первосвященника и Патриарха. Ибо меч у нас есть – теперь нужен Дух. Согласны?»

И протягивает мне яблоко.

Забавно! Меня всегда поражала изумительная, ничем не объяснимая страсть Деменцио к спелым яблокам. Мне кажется, он готов жевать их целую вечность.

«Возможно, Деменцио! Идея нетривиальна – и, пожалуй, достаточно интересна. Мне нравится. Но нужно немного подумать. А сейчас давай просто постоим и посмотрим в последний раз на руины. Они словно памятник нашей доблести… И кровожадности».

«Так и есть. Распластавшись, Картаго лежит перед нами. Как долго мы к этому шли! Но главный враг отнюдь не повержен, он – внутри государства. И вскоре будет вам явлен».

Кого он имеет в виду? Непонятно. А спросить я пока не решаюсь.