Античные авторы указывают на уличение спартанских царей во взяточничестве. Попытки уличить, действительно, были (и это была форма борьбы «партий», не менее горячая, чем в Афинах), но ни одного факта толком доказать не удалось. Доказанными считаются лишь два случая, но оба они совпадали с «политическим заказом» в период обострения борьбы династий спартанских царей. Совершенно нелепой и явно вымышленной является история с царем Леотихидом, якобы, получившим взятку от фессалийцев. Геродот сообщает, что царя застали на месте преступления сидящим на мешке с золотом. Трудно себе представить, кто мог «застать» царя. Кроме того, и наказание показывает, что казнить царя было не за что. Именно поэтому ему позволили бежать в Тегею. Тем самым был решен вопрос о власти, а о наказании за взятку никто и не заботился.
Утверждение о том, что спартанцы за пределами Спарты оказывались падки до золота и серебра, также не выдерживает критики. Дело в том, что в Спарте золото и серебро не имели цены, а их накопление могло привести к жестоким наказаниям. Вне своего государства спартанцы занимались исключительно войной. Если военный поход затягивался, то надо было решать проблему обеспечения продовольствием. И спартанцы вынуждены были использовать монеты, имевшие хождение там, где они могли купить продовольствие. Они могли отнимать, но предпочитали покупать. Поэтому денежные взносы подобострастных местных правителей принимались. Рядовому спартанцы подобный «подкуп» обеспечивал только пропитание. Если бы ему было обеспечено нечто иное (и он согласился бы на это «иное»), пришлось бы стать дезертиром и сменить отечество. Фактов дезертирства из спартанской армии не известно.
Геродот, не сомневающийся в «сребролюбии» спартанцев, приводит два опровергающих примера, относящихся к царю Клеомену. Дважды ему предлагались огромные суммы за принятие Спартой определенной политической позиции. И Клеомен дважды на этом решительно обрывал всякие переговоры.
Жестокие порядки спартанцы соблюдали только сами, не навязывая их никому другому. Для граждан требования были самые высокие, но для всех остальных - нет. Спартанцы показывали детям пьяных илотов, чтобы отвратить их от пьянства. Илотам пьянствовать не запрещалось. Впрочем, спартанцы пили вино как повседневный напиток и даже в поход брали с собой немного вина, чтобы при переходе на воду контраст не был слишком заметным.
Коллективизм и равенство спартанцев воспринимается несколько преувеличено. Богатство царей Спарты было значительным и определялось как крупным землевладением, так и разного рода натуральными «налогами», которые по обычаю передавались царю. Вероятно, и члены герусии, и родственники царя не были имущественно равными остальным спартанцам. Кроме того, в походе каждая мора спартанцев прикрывала свою часть обоза. Каждого спартанца сопровождал личный илот-носильщик, который нес пищу на двоих и имущество воина. Если у себя дома спартанцы обязаны были участвовать в совместных трапезах, то в условиях войны каждый решал проблему пропитания самостоятельно. На поле боя коллективизм ценился, при принятии законов был непременным условием, но земельные наделы были закреплены индивидуально за каждым спартиа-том, и имущественное расслоение имело место.
Загадочным выглядит отказ спартанцев от мореплавания. Они не создавали колоний и не использовали флот в военных операциях. В Пелопонесской войне они лишь поставляли флотоводцев, но не строили корабли. Эта миссия возлагалась на союзников. Почему же спартанцы не следовали практике афинян? Ведь Афины и другие греческие государства активно расселялись и образовывали колонии. Это было необходимо в силу скудости земли Эллады, которая не могла прокормить растущее население. Почему долина Эврота могла кормить спартанцев, почему население Спарты не росло так, как в других греческих государствах?
Проблема легко разрешается, если вспомнить, что в Спарте жили не только спартанцы. Более того, спартиа-ты составляли лишь очень небольшую долю населения и специализировались на военном деле. Свободные пе-риеки и относительно несвободные илоты при увеличении численности вполне могли отправляться в зарубежные греческие колонии. А спартиаты не увеличивались численно в силу своей профессии. Заморские колонии
