Я припарковался на Бродвее и, подняв воротник пальто, направился в сторону Гарвардского двора. Можно было и въехать на территорию кампуса лучшего университета Соединенных штатов, но не хотелось привлекать к себе излишнего внимания. А так идет себе молодой парень, ничем не отличающийся от сновавших здесь многочисленных студентов, и ни у кого это не вызывает интерес. Даже если кто невзначай и зацепится за меня взглядом, то увидит шатена с веснушками на щеках и мясистом носу, на сотворение которых у меня ушло два часа.
Джейка я обнаружил в компании студентов рядом с памятником Джону Гарварду. Бывший сатанист беззаботно смеялся над какой-то шуткой, и на мгновение мне расхотелось влезать в его жизнь. Но с этой сентиментальной слабостью я быстро справился — цель превыше всего.
Я приподнял раскрытую ладонь, убедился, что Джейк разглядел рисунок бычьего черепа, после чего прошел дальше. Шел, слушал шаги за спиной и выбирал укромное место для разговора.
Вот только вся территория кампуса кишила студентами, пришлось идти на выход. Мое внимание привлекла католическая церковь святого Павла. Как площадка для переговоров антихриста с агностиком она вполне годилась. Да и знакомство с Джейком мы начали как раз в церкви, правда, другой конфессии, но не суть. Символизм важнее.
Шаги за спиной на какой-то время смолкли, видимо, новоиспеченный слуга Духа Большого Быка ненадолго замешкался, но также быстро отринул сомнения.
Зашли в церковь и я, не оборачиваясь, показал рукой на одну из кабинок для исповеди, и когда услышал звук открывающейся двери, занял соседнюю. Лучшего места для конфиденциального разговора и не придумаешь. Осталось установить зрительный контакт. Я поднял разделяющую нас перегородку и заглянул в глаза Джейка, стараясь смотреть на него своим внутренним взором, тем, что принадлежал моей настоящей сущности.
Когда репетировал перед зеркалом, выглядело жутко. И парня пробрало. Он отринул от окошка и пошел белыми пятнами.
— Здраствуй, Джейк. Я же обещал, что мы встретимся в первый день зимы, — произнес я приглушенно.
— Кто ты? — его кадык дернулся, а голос дрогнул.
— Я тот, кого ты разбудил, — и не делая паузы, продолжил пудрить мозги, чтобы жертва не опомнилась. — Оболочка, что ты перед собой видишь, не моя. У меня пока мало сил для создания собственного материального тела, приходится одалживаться, — я оскалился, стараясь нагнать еще большей жути. — За первую службу мне я тебя уже отблагодарил.
— Да, спасибо, — заикаясь выдавил он из себя. — Я нашел деньги, — старые доллары выпуска начала века, что я смог найти в Нью-Йорке, — и фотографию колледжа там, где вы, господин, указали. Я сразу понял, что вы от меня хотите и подал сюда документы.
Меня порадовало, что он назвал меня господином.
— Теперь, когда ты здесь, тебе предстоит доказать, что ты достоин моей милости, — обрисовал я ему задачу.
— Я готов, господин, — Джейк действительно всем своим видом демонстрировал готовность на все ради моего одобрения. Теперь уже мне стало не по себе. Вершителем судеб я раньше был в лайт-варианте: мог разорить, уничтожить репутацию, даже жизнь отнять. Но сейчас я определенно вышел на высший уровень — я обрел власть над человеком в самом широком значении. Вели я — и он совершит акт самосожжения или притащит моих врагов на костер. Я читал эту решимость в его глазах. Ладно, не время рефлексировать, дело надо делать.
— Моя Земля умирает, — начал я заготовку. — Враги разрушают ее. Вырубают леса, крадут недра, загрязняют воздух, почву и воду. Мы должны остановить их. Пока у нас еще есть время. Но его слишком мало. Промедление, и время будет упущено. Нам надо торопиться. Иначе все живое исчезнет, — я говорил рублеными фразами, чтобы они легче усваивались его воспаленным мозгом. — Вот только я пока слаб, а ты один. Меня нужно усилить, а тебе собрать вокруг себя команду единомышленников, что будут разделять твои убеждения и вместе с тобой сразится с врагами Земли.
— Я сделаю все, что ты скажешь, господин! — блестя глазами пообещал Джейк.
— Мою силу увеличат совершенные во имя меня дела, — подсказал я своему последователю. — Ты начнешь с создания команды. Ведь голос одного — это голос никого. Один человек, нет человека, — привел я английские аналоги пословицы «Один в поле не воин». — Ты понял, как это важно?
— Да, господин, я подберу нужных людей.
— Уверен, у тебя получится, — подбодрил я его. — Ведь ты избранный. Избранный Духом Большого Быка! — торжественно проговорил я.
— Это честь для меня, господин!
Я видел, что Джейка раздирает от верноподданнических чувств и наложил табу:
— Тебе запрещено обо мне кому-либо рассказывать. Знать обо мне и лично внимать моим словам позволено лишь избранным.
— Я понял, господин. Эта тайна умрет вместе со мной! — поклялся Джейк.
Отлично, клиент готов, пора переходить к конкретике. Объяснить новоиспеченному эльфу, то бишь первому бойцу фронта за освобождение Земли (ELF) с какими врагами ему предстоит бороться.
