— Ведь у людей нет горящих глаз. Они скрываются за медальонами, за тёплыми улыбками. Скрывают все. Свою гниль — за молитвами и добротой. Страх — за песенками про побежденных демонов. Я боюсь людей, Хорхе. Но знаешь что? Я их не ненавижу. Моя мама говорит, что люди бывают плохие и хорошие. Я думаю не бывает ни тех, ни тех. Люди просто есть. Как и демоны. А монстров определяем мы сами. Так почему же я монстр, Хорхе? Что я сделал? — юноша задрожал. — Пока ничего. Но я могу, верно? — демон опять обошел юношу, становясь перед ним. Мокрые волосы облепили его лицо, в глазах блестело безумие, а крылья очертили вокруг Хорхе круг, замкнувший его. — Могу трахнуть тебя и оставить здесь истекать кровью. Могу перерезать глотку, как послание остальным. — голос демона звучал холодно, задумчиво. — Но знаешь, что я сделаю в конце концов? Я просто уйду и оставлю тебя стоять вот так, скованным страхом. Ибо страх эффективнее любого другого оружия, эффективнее боли. А когда на рассвете сюда ворвутся другие демоны ты просто сдашься им, снимая маску. Переставая лицемерить, поя отважные песенки. Ты сдашься под гнетом страха, а на смертном одре вспомнишь меня. Вспомнишь различие между нами. А знаешь в чем оно? С красными глазами или нет, жестокий или милосердный, я — это я. А ты скрываешь ненависть и страх, ибо боишься самого себя…
На этом монстр ушел, вновь скрывшись в тумане. Тучи на небе разошлись, открывая путь месяцу. Небо будто сняло маску, и Хорхе знал, что в конце концов он снимет свою…
Сон закончился, разлетевшись, будто пепел от сгоревшего костра. Мэй разлепил губы, судорожно вздохнул. Перед глазами белый потолок. Повернув голову, наткнулся на вид маленькой уютной комнаты. Первой мыслью, появившейся, когда мозги немного прояснились после кошмара, был вопрос: "Я все еще жив?" Она ударила по сознанию, заставив его дернуться, попытаться встать. Но все тело прострелила жгучая боль, принуждая откинуться назад со стоном. Он закрыл глаза, пытаясь успокоить свое сердце, что так бешено колотилось: "Неужели я все еще жив? Почему я все еще жив? Где я?…Где Зак? " Мозг подкинул воспоминание, шепчущее его голосом: " — Я здесь. Мы пришли спасти тебя…." Это был сон? Или может реальность? Как же ему хотелось об этом мечтать. Но как же он верил в то, что это невозможно. Открыв глаза, Мэй опять увидел потресканный потолок. Длинная трещина шла прямо над ним, начинаясь где-то за пределами его зрения, спускаясь вниз по одной из стен, и исчезая за кроватью. Кровать? Последнее, что он помнил, это соломенная подстилка, ощущение чужого тела и кандалы, саднящие руки. Он поднял свои запястья, рассматривая. Те были перебинтованы. Но кем? Лежать больше было нельзя. Нужно было узнать, что происходит. Опершись руками о кровать, он поднялся, превозмогая боль. Босые ступни ступили на холодный деревянный пол. Обуви нигде не было. Голова закружилась, от чего пришлось опереться на стену. Стиснув зубы, он сделал шаг. Ноги сильно дрожали. У них едва получалось держать своего хозяина. Но тот шел вперед, передвигаясь вдоль шершавой стены. Открыв дверь, Мэй увидел небольшой коридор. Сбоку еще одна дверь, немного приоткрыта. Он поплелся туда, несмело ступая уже по мягкому ковру. Из-за двери вдруг послышались голоса. До боли знакомые. Сердце защемило, когда он, сделав еще один неустойчивый шаг, заглянул в щель.
Марка сидела у Луца на коленях, весело смеясь, сощуривая при этом глаза, как она делала всегда. Луцьен уткнулся ей в плечо, мягко улыбаясь. Незнакомая девушка, с ужасно кудрявыми черными волосами стояла напротив них в свитере, что закрывал руки по костяшки, и с огромной чашкой в руке. Глаза Мэя отыскали Зака. Тот сидел вдали от всех, согнув одну ногу в колене, с закрытым выражением лица. Кто-то, кто не знал Зака, мог подумать, что так он выглядит всегда: закрытый, отчужденный, безразличный. Но Мэй знал, что эта небольшая складка между бровей означала истинное обеспокоение, а совсем немного сжатые губы, волнение.
— Зак, я понимаю, что ты волнуешься за него, но тебе нужно поесть. — сказала незнакомая девушка. Марка с Луцем тут же обеспокоенно повернулись к Заку.
— Я не хочу. — холодным голос ответил Зак, на что девушка лишь вздохнула.
Это все было слишком. Это наверное сон. Наверняка он все еще не проснулся от кошмара, и сейчас подсознание подкидывает ему видение его друзей в наказание. Потом он проснется, а над ним склонился очередной мужчина, очередной человек, сжимающий его бедра в железных тисках. А потом демоноловы придут за ним, и одним из своих топоров вырубят из него всю его демоническую душу.
Он не заметил, как откинулся на спину, полностью опираясь на стену, но резкая боль вернула его в реальность. Он всхлипнул, тут же зажимая себе рот ладонью. Но было поздно. Вновь заглянув в щель, он увидел глаза Зака, смотрящего прямо на него. Подорвавшись с места, Мэй попытался уйти, как можно быстрее достаться противоположной двери, что возможно была выходом. Но не успел он сделать слишком много шагов, как его окликнули.
