— Он привел своих друзей, простых людей. Оказалось, в их деревне была ведьма, что скрылась от нас. Она была на стороне людей. И она помогла им, заговорила их оружие. Ник заманил меня в ловушку…Они хотели убить меня, но он не позволил им. Может быть из-за того, что я помешал демонам изнасиловать его, а может быть потому что знал, что мне уже все равно. Что я не смогу теперь жить, как раньше. А потом он ушел. Попросил не искать его. Он знал, что я послушаюсь. Я всегда слушал его. И напоследок сказал, что оставил меня в живых, потому что если я буду жить, то буду мучаться, так, как мучился он и все его семья. Сказал, что теперь, когда я ненавижу себя, он достиг своей цели…
— Как он мог любить тебя, и при этом предать?
— Но он хотел отомстить. Я понимаю его. Ты бы не хотел этого?
— Я каждый день вижу перед глазами свою сестру. Тот момент, когда ее лицо исказила дикая боль, а демон склонился над ней, улыбаясь…Я хочу мести. Я хочу убить ее убийцу. Но я не встаю на площадь, чтобы пытать подростка, скидывая на него одного все преступления его народа. Я не заманиваю его в ловушку, потому что знаю, что он в моей власти… Потому что это неправильно. Потому что это не сильно отличает меня от того, кто убил Филиппу, кто убил брата Луца. Нам самим решать кем нам быть. И если я родился человеком, я могу и хочу остаться им. Но если ты родился демоном, ты можешь стать кем-то другим. Ты не должен давать другим решать за себя.
— Если… — Мэй прикусил губу. — Если я буду просто собой, не демоном, но и не человеком…смогу ли я остаться с вами? Я знаю, мне не следует об этом…
— Молчи. Ты остаешься с нами, и это не обсуждается.
— А ребята?
— Они не против.
Мэй всхлипнул. Ворон каркнул у него на ладони.
— Моя мама была бы рада этому.
— Кем была твоя мать?
— Она была человеком.
— Такое возможно?
— Демоны никогда не хотели проверять это. Они сразу же убивали всех женщин, которых насиловали. Но мой отец допустил ошибку. Он не убил мать. С помощью ведьм она скрывалась от него. Он узнал обо мне только когда я уже родился. Сначала видимо хотел убить нас обоих, но я родился полудемоном.
— Полудемоном?
— Ага, типа полукровкой. Он то думал, что я буду человеком. Он оставил в живых нас обоих, меня, чтобы продолжать род, пусть у него уже и был Эрик, а мать, чтобы кто-то присматривал за мной. Она жила у него в качестве служанки, никто не знал, кто она по настоящему. Она рассказывала мне истории…о людях-героях. И придумывала истории о хороших демонах, о тех, что шли против себя, побеждая свою сущность, но не уничтожая ее. Я всегда хотел быть таким, как эти герои. Она учила меня не стесняться своей сути, но и не забывать, что я демон лишь наполовину…Пока брат и отец учили меня убивать, она учила меня быть собой.
— Ты говорил, что винишь себя в ее смерти. Почему?
— Когда я вырос, и за мной уже не нужно было присматривать, отец убил ее. Я должен быть предугадать это. Должен был увести ее оттуда. Но я этого не сделал. Я слишком боялся идти против отца…
— Но в конце концов пошел. Может быть ты не делал ничего тогда, но у тебя все еще есть возможность хотя бы стать таким, каким она учила тебя быть…но только если этого хочешь ты. Тебе нужно прекратить делать что-то ради других.
И опять эти переглядывания. Они длились минуту, может дольше. Никто из них не хотел их прерывать. Но вот, дверь позади открылась, и им пришлось это сделать.
— Извините, что прерываю…Мы пытались дать вам немного времени, но мне уже нужно проверить Мэя, и кто-то, — она кивнула себе за спину, — кажется соскучился.
Марка с Луцом вышли из-за ее спины, несмело подходя к Мэю. Тот ободряюще улыбнулся им, после чего Марка кажется потеряла контроль. Она в один шаг оказалась на кровати, и быстро, но аккуратно обняла Мэя, притянув его к себе за плечи.
— Я ведь говорила тебе больше не заставлять нас волноваться, непослушный ты ребенок. — она пыталась говорить привычно весело, но голос ее дрожал от подступающих слез. Мэй уткнулся ей в плече, обнимая ее в ответ.
— Извини, я не хотел.
Марка ещё раз всхлипнула и наконец оторвалась от него, резко подымаясь с кровати.
Луцьен сел на ее место, какую-то секунду он пытался сохранить хладнокровие, но быстро сдался. Он уткнулся в плече Мэя, точно также как тот только утыкался в Марку.
— Я скучал…мы все скучали…
Мэй закрыл глаза, натягивая улыбку. Это не могло быть правдой.
Когда и Луц оторвался от него, перед ним оказалась та самая незнакомка.
— Ты ведь Джо, верно? — спросил Мэй.
— Ага. Что это оболтус, — она кивнула на Зака. — успел обо мне рассказать?
— Только то, что ты помогла им. Помогла мне…Спасибо.
Джо как-то смущённо хмыкнула.
— Благодари их, это они вытащили тебя из того ада, я не сделала ничего стоящего.
— Ты вылечила его, он жив благодаря тебе, ровно также, как и благодаря нам. — возмутился Зак.
Джо лишь закатила глаза.
— Как скажете. Мэй, мне нужно проверить твои раны, могу я…?
