– Третье! – БАС ткнул в сторону телевизора. – Телеящик должен работать на нас. Пересмотреть сетку, никаких развлекательных программ и ностальгических фильмов. Крутите «Холодное лето пятьдесят третьего», нагнетайте атмосферу тревоги, рассказывайте об ужасах ГУЛАГа. И прямо намекайте, что всё это вернется в случае прихода коммунистов к власти. Одновременно показывайте красивую западную жизнь.
Сотрудники главного телеканала ушли менять программу.
– Четвертое! Народ хочет перемен – и он их получит. Действуем в лоб. Покажем, что царь хороший, а бояре плохие! Срочно снять несколько высоких чиновников. Не церемониться! Вплоть до директора ФСБ и министра обороны. Вину во всех бедах возложить на них.
Данный пункт программы адресовался дочери Президента и Сосновский посмотрел на коммутатор.
– Это папины друзья, – неуверенно произнес женский голос.
– В большой политике нет постоянных друзей и постоянных врагов, есть только постоянные интересы. Что сейчас на кону?
– Поняла. Думаю, получится, – пообещал голос в коммутаторе.
– За работу! – прикрикнул на всех БАС.
Тем временем Марк вместе с отцом и Генрихом Фоглером вернулись в отель. Перед лифтом Фоглеру перегородили путь два милиционера. Один раскрыл папку и показал фотографии истерзанной девушки. Марк заметил, что это одна из двух проституток, которых жестоко обработал Генрих за последние дни.
– Господин Фоглер, на вас поступило заявление. Вы задержаны, и обязаны проехать в отделение для допроса, – строго произнес милиционер.
Фоглер плохо знал русский язык, но прекрасно понял угрозу. Он заозирался в поисках поддержки. И помощь появилась. К милиционерам подошел суровый человек в штатском, тихо объяснил что-то и забрал папку. Пришибленные милиционеры удалились.
Безымянный спаситель извинился перед Генрихом на немецком:
– Простите за недоразумение, герр Фоглер. Вам девушку в номер как обычно?
Генрих просиял и мстительно сузил глаза. Его злость была обращена к той, кого он сейчас получит.
Через две недели Марк в Германии наблюдал по телевизору главные новости. Немецкий диктор не скрывал радость:
– Борис Ельцин победил на выборах в России! Коммунистический реванш не состоялся. Канцлер Коль позвонил, чтобы поздравить Ельцина с избранием на пост Президента России. Бывшая коммунистическая держава окончательно порвала с прошлым и стремится к западным ценностям!
ORT. Здесь ключевые слова – бывшая держава. Держава Запад пугает. Территория с послушным управляющим – радует.
Мэру столицы Юрию Николаевичу Полякову не сиделось в родном в кабинете. День выдался особенный. Не только для мэра, все высшие чиновники в стране томились в нервном ожидании. Поляков скосил взгляд на столик с телефонами. Шесть стационарных аппаратов и два мобильных молчали. Сидеть одному в четырех стенах в такое время рискованно и недальновидно. Благо есть повод собраться в кругу достойных, не вызывая кривотолков.
Поляков прикрыл лысину кепкой, спустился к машине и приказал водителю:
– В «Олимпийский»!
В крытом спорткомплексе на Проспекте Мира проходил международный Кубок Кремля по теннису. На корте боролся с соперником первый номер страны Евгений Кафельников. Моду на большой теннис ввел Президент России, поэтому на ВИП-трибуне как обычно присутствовали видные деятели политической и бизнес-элиты. Им нравился такой порядок: удобно переговорить среди своих в неформальной обстановке.
Поляков подсел к генералу Соболеву публично не носившему формы. Его начальника, директора ФСБ, сняли летом с высокой должности ради победы Ельцина во втором туре. От этого значимость генерала Димы только выросла. Умение усидеть в кресле при любом руководстве ценилось в высших кругах. Соболев прекрасно знал это и стремился быть полезным разным центрам власти, и действовал так, чтобы ни одна из «башен Кремля» сильно не возвышалась над другими.
Кафельников мощно подал на вылет. Мэр поддержал общие аплодисменты и, продолжая смотреть на корт, спросил генерала о главном:
– Если пройдет неудачно, то кто?
Собеседники понимали о чем речь. В эти минуты Президенту страны делали сложную операцию на сердце. Многие хирурги посчитали, что пациент неоперабельный, и отказались – слишком высокий риск. Поэтому все собравшиеся на ВИП-трибуне не столько следили за игрой, сколько ждали известий из Кардиологического центра. Неблагоприятный исход операции мог сорвать пружину больших потрясений.
Генерал эмоционально следил за игрой и со стороны могло показаться, что он комментирует ход матча.
– Лебедя уволили со всех постов. Отработанный материал.
– Только солдафона «упал-отжался» нам не хватало, – согласился Поляков.
– А Сосновского наоборот назначили. Бизнесмена и сразу в Совбез, – продолжал рассуждать генерал.
– Выскочка! – вскипел мэр. – Никогда в России не изберут президента с отчеством Абрамович!
