– Речь не об этом. Сосновский приобрел огромное влияние на Президента и его семью. В его руках главный телеканал страны и ведущие СМИ. БАС везде пустил свои щупальцы. Он как режиссер манипулирует за кулисами и будет решать, кому выйти на сцену.
– Почему БАС? Деньги?
– Большие деньги сейчас есть у многих.
– Тогда что? Как ему это удалось? – возмущался мэр.
Собеседник приложил палец к губам. Долгий розыгрыш на корте, во время которого слышался только перестук теннисного мяча, завершился взрывом аплодисментов.
– Вперед Женя! – выкрикнул генерал и шепнул Полякову: – В буфете к вам подойдет Трифонов из КГБ.
– ФСБ, – поправил мэр.
– Полковник Трифонов вышел в отставку при лучшем названии. Руководил отделом паранормальных явлений. И кое-что узнал про Сосновского.
– Ему можно верить?
– Ничему не удивляйтесь, – туманно ответил генерал и переключил внимание на корт.
В ВИП-буфете пахло горячим кофе, ломтиками копченой семги и освежающим шампанским. Сергей Васильевич Трифонов заметил приход Полякова и подождал, пока мэр раскланяется со знакомыми.
После неожиданного приглашения на Лубянку Трифонов догадался, что Сосновский неспроста интересуется сыном Композитора Санатом Шамановым, ставшим в Европе органистом Шуманом. Раз влиятельный делец ищет способы воздействия на музыканта, значит намерен использовать его способности в корыстных целях. БАС подошел к делу серьезно, подключил ФСБ, поэтому наверняка добьется своего.
От бывших коллег Сергей Васильевич узнал, что у Саната и Лии Шуман родился сын, которому дали имя в честь легендарного дедушки – Марк. У мальчика явные способности к музыке. Трифонову сообщали, когда Санат с Марком прилетали в Москву. Используя прежние навыки, полковник КГБ проследил за ними и убедился, что мальчик унаследовал фамильный дар – всепроникающий слух. Но главное Санат Шуман теперь обслуживает Сосновского, дает странные концерты по ночам.
Для чего? Сосновский влюбился в органную музыку? На такие сантименты он не способен. Напрашивался вывод. Амбициозный делец задумал что-то выгодное для себя и губительное для России, как всё, что он делал ранее. Как ему помешать? Противодействовать Сосновскому смогут только конкуренты его ранга. Генерал Соболев согласился с этими выводами и помог Трифонову выйти на мэра Москвы.
Сергей Васильевич дождался, когда Поляков останется один за столом, подсел к нему с чашкой остывшего кофе со словами:
– Я Трифонов.
Мэру не требовалось представляться. Он лишь взглянул на седого мужчину с армейской выправкой и вопросительно поднял брови. Сергей Васильевич выпалил:
– В Концертном зале имени Чайковского по ночам проходят концерты органной музыки.
– Зарабатывает, как умеют, – кислой гримасой отреагировал мэр.
– Концерты исключительно для Сосновского и круга его соратников и партнеров.
– Вы можете говорить по делу? У меня мало времени.
Трифонову пришлось пояснить:
– Серьезная музыка при определенных условиях обладает психоделическим эффектом. Это как допинг для спортсмена. Принял дозу – и обогнал соперников.
Такое сравнение было понятно Полякову. Тем более генерал предупредил, ничему не удивляться.
– Послушал музыку и обогнал конкурентов в бизнесе и политике?
– Именно!
У мэра расправились плечи. Он заинтересовался:
– И как давно БАС прибегает к подобному допингу?
– С конца восьмидесятых. За последний год концерты участились.
Мысли Полякова заметались:
– И как это происходит? Что за музыка?
– Первое – необходим солидный орга́н. Чем инструмент больше и мощнее, тем лучше. Второе – специальное произведение, какое-то старинное. Третье – высококлассный исполнитель.
Слушая, Поляков рефлекторно загибал пальцы. Посмотрел на неполностью сжатую ладонь и переспросил:
– Это всё?
– Всех деталей я не знаю, но Сосновский музыкальным допингом активно пользуется. Перед выборами Президента были три концерта за неделю. Три! И в сентябре снова три подряд.
– Из двух умных людей тот умнее, у кого силы больше, – промолвил мэр.
И подумал: «Так вот в чем секретная сила выскочки. Органный допинг! Но если конкурента лишить допинга, а самому им воспользоваться…»
У Полякова пискнул телефон, пришло сообщение. Пока он доставал трубку от подобных звуков вздрогнули и другие влиятельные гости ВИП-буфета. Мэр прочел: «Операция прошла успешно. Президент идет на поправку».
За соседним столиком бурно отреагировал один из чиновников:
– Русский пациент везунчик! – И заказал шампанское.
Не все разделили его радость. Некоторые нахмурились и стали уходить. Мэр изобразил улыбку, благодушно надул щеки и даже провозгласил тост:
– За нашего Президента! За Россию!
Пусть видят и докладывают. Он рад! Он с Борисом Николаевичем! Он патриот!
Поляков, как и большинство гостей ВИП-ложи, не стал дожидаться окончания теннисного матча. Он узнал, что хотел. И даже больше.
ORT. Глупо бить себя в грудь, называя патриотом. Настоящий Патриот тот, у кого дети Патриоты.
