Одной из причин возвращения Форреста в Теннесси было стремление собрать побольше жителей, дезертировавших из рядов Конфедерации или вообще уклонившихся от службы в ней. Вербовщики конфедератов теперь должны были действовать особенно решительно; поскольку шансы на победу становились все больше и больше, некоторые конфедераты Западного Теннесси меняли сторону, становясь так называемыми "домашними янки", а другие просто оставались дома, чтобы помочь своим семьям справиться с голодом, охватившим эту местность, которую так часто посещали армии обеих сторон. Сопровождаемый теперь беглым губернатором Харрисом, Форрест 22 марта объявил "всем, кого это может касаться", что из-за предполагаемых "бесчинств" и отказа федеральных властей удовлетворить требования конфедератов о возмещении ущерба он объявляет "Филдинга Херста, офицеров и солдат его команды преступниками, не имеющими права на обращение с военнопленными, попавшими в руки войск Конфедеративных Штатов". Федеральным командирам он также жаловался, что ему стало известно, "что многие граждане этой части штата сейчас содержатся в заключении американскими властями", несмотря на то, что против них не выдвинуто никаких обвинений; одним из таких заключенных, по его словам, был "преподобный Г.У.Д. Харрис из округа Дайер, штат Теннесси, который сейчас находится в заключении в Форт-Пиллоу".10
Теперь военная ситуация в Теннесси осложнилась еще одной проблемой - социологической. Командиры Союза, за которыми следовали толпы радостных рабов при каждом вторжении на Глубокий Юг, получили разрешение использовать эту бывшую собственность человека, дав ему оружие, с помощью которого он сможет закрепить свою свободу. Большинство южан считали это безумием, подстрекательством к Армагеддону восстания рабов, которого их учили бояться всю жизнь. 1 мая 1863 года Конгресс Конфедерации ввел в действие официальную политику возвращения захваченных рабов их владельцам, а 31-го - предания смерти белых офицеров и унтер-офицеров новых черных подразделений.
Однако менее чем за три месяца до начала продвижения Форреста на север генерал-майор Патрик Клеберн, родившийся в Ирландии и ставший южанином только в зрелом возрасте, предложил дать рабам оружие и свободу в обмен на службу в мундирах Конфедерации. Клеберн предсказывал, что таким образом Север лишится не только численного превосходства, но и политических преимуществ, поскольку он маскировался под гуманность, а на самом деле использовал проблему рабства как "всего лишь предлог для установления секционного превосходства и более централизованной формы правления, а также для лишения нас наших прав и свобод". Джефферсон Дэвис быстро пресек любое публичное обсуждение предложения Клеберна, "считая... вредным для государственной службы, что подобная тема должна быть поднята или даже известно, что она рассматривается лицами, пользующимися доверием и уважением народа". Бригадный генерал Джеймс Паттон Андерсон, когда-то гостивший в доме Форреста в Эрнандо, конфиденциально написал Полку об этом "чудовищном предложении... столь отвратительном для южных чувств, южной гордости и южной чести.... Если это будет открыто предложено армии, то полный распад армии последует через две недели".11
Перспективы крупномасштабного столкновения между вооруженными бывшими рабами и солдатами рабовладельческого правительства становились все более неотвратимыми. В предчувствии этих перспектив и, несомненно, с учетом волнения, вызванного приближающимися выборами в США, которые должны были определить, будет ли на смену сгорбленному Линкольну прийти демократ, склонный к примирению с Югом, весной 1864 года Форрест и его разрозненные отряды двинулись на север, в Кентукки. Филдинг Херст и другие злейшие враги получили приказ идти по пятам, "отрезая и захватывая в плен... фуражиров, отставших от своих войск и т. д.". 24 марта, в день, когда этот приказ был отдан Херсту, северо-западный теннессийский городок Юнион-Сити с 475 федералами пал под ударами 320 солдат Форреста под командованием полковника У. Л. Дакворта.12
Врач и методистский священник, Дакворт мастерски сыграл роль своего командира, отправив от имени Форреста типичный ультиматум о сдаче или отступлении полковнику Союза Айзеку Хокинсу; за этим последовали несколько часов маневров в духе Форреста, когда конники радостно приветствовали прибытие очевидных подкреплений, которые затем галопом помчались в сторону федеральных войск для длительного осмотра весьма адекватных укреплений Союза. Когда Хокинс, который уже однажды сдавался Форресту, в декабре 1862 года, потребовал встречи со своим старым противником лицом к лицу, Дакворт быстро вернул еще одну поддельную записку Форреста, в которой говорилось, что он не привык встречаться с младшими офицерами в подобных обстоятельствах, но что он пришлет Дакворту, , "который равен вам по званию". После пятиминутного раздумья Хокинс вернул записку о капитуляции.13
