В 1938 году Главное управление по заповедникам при Совете Народных Комиссаров Российской Федерации провело опыт переселения пятнистого оленя с Дальнего Востока во внутренние районы страны. Было вывезено в заповедники 242 оленя, в том числе в Ильменский — 27. Пятнистых оленей поселили в загоне на берегу озера Большой Ишкуль. Позднее одну часть животных перевели в больший по площади загон, а другую — выпустили на свободу в окрестные леса.
Сергей Львович Ушков стал шефом пятнистых оленей в Ильменах. Он позаботился о местах поселения оленей, вел наблюдения за животными, интересовался, в каких местах заповедника они больше держатся, систематически заносил в тетрадь сведения о периодических явлениях в жизни оленей (линька, сбрасывание старых и образование новых рогов, гон, отел и др.), особенно много времени тратил на выяснение, какими растениями питаются олени, хватает ли им кормов. Было выяснено, что в заповеднике пятнистый олень поедает не менее 125 видов растений и что дикорастущих кормов ему вполне достаточно; лишь в многоснежные зимы нужна подкормка сеном и ветками.
Вначале олени дичились людей, затем стали доверчивее — перестали убегать при появлении человека. Однажды егерь подъехал к стогу сена, около которого были олени. Животные разбежались, но когда егерь стал накладывать сено на сани, они один за другим вернулись. Егерь наложил сено и уехал, а пятнистые красавцы остались у стога кормиться.
Через восемь лет после завоза численность оленей в заповеднике возросла в четыре раза. Они сменили когда-то обитавших в Ильменах благородных оленей. Единственно, в чем нуждаются пятнистые олени, сделал заключение Ушков, это в защите от их злейших врагов — волков.
К 1937 году на территории Ильменского заповедника резко уменьшилась численность куриных птиц и в то же время чаще стали наблюдаться наиболее опасные для всех куриных пернатые хищники. Уж не из-за хищников ли стало меньше глухарей, тетеревов? С. Л. Ушков взялся за изучение роли пернатых хищников в природе.
Вопрос этот не был новым. Изучали его и раньше, но односторонне. Многие наши охотоведы держались ошибочных взглядов, заимствованных в прошлом столетии у английских и немецких натуралистов-охотников — отождествляли хищность и вред. А ведь хищность и вред — не одно и то же. Хищная птица может быть весьма полезной. Взять, к примеру, орла-могильника. Орел-могильник больше полезен, чем вреден. Уничтожая очень значительное количество сусликов, хомяков, мышей, он с избытком покрывает тот вред, который наносит истреблением некоторых охотничьих птиц и таких, скорее полезных, чем вредных пернатых, как грач и галка. Большинства работ о хищных птицах в прошлом было выполнено на основании только анализа содержимого пищеварительного тракта и догадок, без сопоставления с планомерными полевыми наблюдениями за изучаемыми видами хищников и без учета внешней среды. Такого рода работы давали обычно искаженное представление о действительном хозяйственном значении хищных животных.
С. Л. Ушков пошел новыми путями, применил методику, принятую в современной экологии[9]. В 1937–1941 годах он предпринял широкие исследования — за 480 дней полевых работ закартировал 117 гнезд, собрал и исследовал 1285 погадок и 1946 остатков пищи дневных пернатых хищников и сов, провел обстоятельные наблюдения за их жизнью. На территории Ильменского заповедника гнездится 29 видов и подвидов дневных пернатых хищников и сов. Ушковым изучались девять видов: рыжий канюк, большой черный коршун, орел-беркут и некоторые другие. Исследователь выполнял огромную работу, порой в очень тяжелых условиях.
На берегу горной речки Первой Черемшанки исследователя привлекла «Соколиная скала». Почти неприступную вершину утеса облюбовала редкая птица — сокол-сапсан. Здесь она выводит своих птенцов. На протяжении ряда лет, по нескольку раз весной и летом взбирался сюда Сергей Львович и всегда со своим неизменным спутником — ФЕДом (охота с фотоаппаратом была стихией Сергея Львовича).
Больших усилий стоили пожилому человеку эти восхождения. Вот каким было одно из них.
Стоит май с капризами. Сергей Львович ползет по крутому склону утеса, цепляясь всем телом за каждый еле заметный выступ. Внезапно налетевший снежный вихрь слепит глаза. Ветер сорвал с головы ушанку, растрепал седые волосы. Но Ушков упорно продвигается вверх. На вершине скалы сидит соколиха. Ушкову под покровом метели удается приблизиться к гнезду, если только так можно назвать маленькое углубление в скале. Соколиха заметила человека, взлетела над скалой и с криком закружила. В гнезде Ушков увидел двух пушистых белоголовых птенцов. Рядом с ними лежало надколотое яйцо — вылуплялся третий соколенок. Озираясь на соколиху, Сергей Львович осторожно передвинул на грудь ФЕД, «прицелился» и щелкнул затвором.
