План дворца я мог бы нарисовать с закрытыми глазами, даже если бы меня разбудили среди ночи, поэтому найти выход для прислуги не составило труда. Правда, я боялся наткнуться на охрану, которая, по идее, должна была быть выставлена у каждого входа-выхода из дворца, но около желанной двери никого не было. Значит, Гердер все продумал, или сам убрал охрану, или подкупил. Как же все у них просто: заходи в королевский дворец, кто хочет, неси, что сможешь...
Остановившись у заветной двери, я помедлил, понимая, что это на самом деле может быть новым изощренным покушением. Потом решил, что проверить это я могу одним единственным способом — на своей шкуре.
И я распахнул дверь.
Стоило мне сделать шаг на прохладный ночной воздух, как кто-то выскочил из темноты, очень ловко схватил меня и оттащил от полоски света, зажав рот кожаной перчаткой. Дверь, которую я больше не удерживал, гулко захлопнулась.
Ну, вот и доигрался...
Но я ошибся, убивать меня никто не спешил. Напавший просто подержал несколько секунд, чтобы убедиться, что никто ничего не слышал, потом отпустил и отступил на шаг.
Луны не было, поэтому я смог разглядеть лишь темный силуэт.
— Привет, — произнес знакомый голос. — Извини, но лишняя предосторожность не помешает. Я должен был убедиться, что ты один.
— Ага, — огрызнулся я, — с пачкой стражников.
Гердер пожал плечами:
— Не исключено. Но я рад, что в тебе не ошибся.
Еще как знать, не ошибся он... Это смотря на что он рассчитывает.
— А стража? — спросил я, вспомнив подозрительный факт ее отсутствия у выхода.
— А, это, — отмахнулся Рейнел, — спят под лестницей. Заплатил кухарке, чтобы она подлила им сонное зелье в суп.
Да уж, я был прав, эко у них все просто в этом дворце...
— Зачем ты меня позвал? — спросил я.
Глаза стали понемногу привыкать к темноте, и я смог заметить раздраженный взгляд, брошенный в мою сторону.
— Полагаешь, это подходящее место, чтобы это обсуждать?
— А у тебя есть идея получше? — прошипел я.
— Разумеется, есть, — ответил Гердер.
Это у него разумеется, а вот я пока совершенно не разобрался, во что влезаю.
— Пошли, — он бесцеремонно схватил меня за рукав и поволок за собой в темноту.
По идее, самым разумный поступком, который я мог сделать в этот момент, это закричать, позвать на помощь и вернуться во дворец. Но я почему-то не закричал, а послушно пошел за ним. В конце концов, хуже моего теперешнего положения все равно некуда, и я решил рискнуть.
Несмотря на темень, Рейнел двигался уверенно, я же за несколько минут умудрился пять раз споткнуться и чуть не растянуться на ровном месте. Гердер бросал на меня красноречивые взгляды, но молчал.
Мы вышли в сад. Тут было светлее, горели фонари. Но, не успел я расслабиться, как Рейнел толкнул меня за пышно цветущее дерево с раскидистыми ветвями.
— Тихо! — прошипел он. — Сейчас ни звука.
Он оказался прав, стоило ему присоединиться ко мне, как мимо нас по вымощенной камнями дорожке прошествовали двое стражников.
А когда они ушли достаточно далеко, Рейнел, к моему удивлению, не вернулся на дорожку, а направился куда-то вглубь сада, ловко передвигаясь между деревьев. Я беззвучно выругался и поспеши за ним.
Хотел бы я лично придушить автора фразы, что темнота друг молодежи. Из-за этой самой темноты я дважды чуть было не лишился глаза, когда острые ветки полетели мне в лицо.
Через несколько минут моих мучений мы выбрались к ограде, где Рейнел легко отодвинул внушительных размеров валун и открыл спрятанный под ним люк.
Я даже присвистнул.
— Подземный ход!
Гердер снова красноречиво покосился на меня, но высказываться по поводу моей гениальности не стал, только пояснил:
— Тайный подземный ход. Ему уже черт-те сколько лет, все о нем забыли, и его нет ни на одном плане. Мы с Эриданом случайно нашли этот ход еще в детстве, и если он никому о нем не растрепал, то, кроме нас, о нем никто не знает.
Я с откровенным страхом посмотрел в открывшееся отверстие. Внутри была непроглядная тьма. Не то что я боялся темноты, но мысль, что мне придется лезть неизвестно куда с почти незнакомым мне человеком, совершенно не грела. Но отступать было поздно, и я полез внутрь.
Гердер спустился после меня и вернул крышку на место.
Темнота в подземном ходе была просто абсолютной, пришлось спускаться на ощупь. Земля на каменных ступенях скрипел под сапогами. Сыро, душно и тесно. И за время спуска мне несколько раз пришлось побороть желание все бросить и с криком броситься назад.
Ступеньки кончились, и я вообще перестал ориентироваться в пространстве. Рейнел же по-прежнему действовал уверенно, то ли он видел в темноте, то ли просто часто пользовался этим ходом, но он подхватил меня за локоть и потащил в одном ему известном направлении.
Не самое приятное ощущение идти куда-то со свободой овцы на привязи да к тому же в полной темноте. И я вздохнул с облегчением, когда мы уперлись в еще одну лестницу, и начался подъем.
Гердер распахнул крышку, и я с удовольствием выбрался на воздух. Кажется, теперь клаустрофобия мне обеспечена.
— Куда мы идем? — прошипел я, злясь и на своего проводника и на собственную глупость.
