Я всегда знала, что буду одна. Счастливый конец и все, что прилагается к любви это не для меня. Но судьба та еще шутница. Теперь мне приходится делить свою квартиру с наглым и самоуверенным засранцем, которому плевать на мое темное прошлое. Он шаг за шагом становится все ближе и это пугает меня. Ведь кто захочет полюбить человека со сломанной душой?
— Ты уверена, что все собрала? — спрашивает Макс и бросает на меня полный надежды взгляд.
Не получив ответа, он ставит последнюю сумку в багажник, захлопывает его и возвращается в дом.
Я стою, облокотившись на машину, жар которой обжигает кожу.
Сейчас Макс вынесет мою гитару, и мы уедем прочь. Последний раз смотрю на дом, который когда-то был для меня родным. Несмотря на жару, окна четвертого этажа плотно закрыты. Ведь там больше никто не живет. Проходящие мимо люди бросают на меня косые взгляды и недовольно поджимают губы. Наверняка если бы я стояла одна, то каждый из них вновь сказал бы, насколько я отвратительный человек. Мне хочется огрызнуться, проявить свою настоящую сущность, но слова застревают комом в горле. Говорить мне еще предстоит научиться, как и многому другому.
Закрываю глаза, делаю вдох, но ничего не чувствую.
— Все. Можем ехать, — объявляет Макс.
Он захлопывает дверь и подходит ко мне. Обнимает за плечи и ободряюще сжимает. Его дыхание касается моего виска, и я вздрагиваю. Холод прошедших лед все еще сковывает меня и не позволяет принимать тепло и заботу близких.
Тише. Это всего лишь Макс.
И все же я не могу унять бешено колотящееся сердце. Леденящая душу паника вновь поднимается из глубины и берет тело под контроль. Каждый шрам будто бы вновь начинает кровоточить, и я сжимаю ладонь в кулак с такой силой, что ногти с дикой болью впиваются в кожу. Цепляюсь за это ощущение и напоминаю себе, что нахожусь здесь и сейчас. Все в прошлом.
Нервно сглатываю и поднимаю голову, чтобы заглянуть другу в глаза.
— Ты же понимаешь, что не обязан этого делать? — спрашиваю я.
Слова выходят хрипом, обдирают горло, но по виду Макса я понимаю, что он рад и этому странному звуку.
Он поглаживает меня по плечу и улыбается, той самой улыбкой, которая напоминает мне, что в этом мире еще есть что-то светлое.
— А ты понимаешь, что я тебя не отпущу одну? К тому же тебя должен хоть кто-то развлекать. Со скуки помрешь на своих занятиях, — он драматично закатывает глаза, хотя я знаю, что за этим напускным весельем, скрывается страх и на грамм не уступающий моему.
Макс всегда рядом.
— Тогда поехали, — бормочу я и отстраняюсь от него.
Мы садимся в машину и пристегиваемся.
Пока Макс настраивает радио и зеркало заднего вида, еще раз смотрю на свой дом. Я заберу только хорошие воспоминания. Заберу то, что когда-то принадлежало мне, а боль похороню глубоко внутри себя. Она останется якорем, держащим меня на плаву.
Машина трогается и солнечные лучи падают на толстовку, рукава которой я натягиваю до самых кончиков пальцев.
За нами остается след из пыли и воспоминаний. Чем дальше мы отъезжаем от дома, тем больше во мне зарождается надежда на новую жизнь. Две тысячи километров просто обязаны мне помочь научиться жить заново. Помочь научиться дышать.
Мира. 7 лет спустя
— Нет! — вскрикиваю я.
Сажусь в кровати и пытаюсь унять панику. Я вновь просыпаюсь в холодном поту. Прижимаю ладонь к груди, в глупой попытке восстановить сбившееся дыхание. Легкие будто сжались, не пропуская кислород, а тело пробирает мелкая дрожь. Каждый вдох дается через силу, но я как мантру мысленно повторяю: «ты в безопасности».
Мой взгляд лихорадочно мечется по обнаженным предплечьям, в поисках свежих отметин из сна, но их нет. Проклятые отголоски кошмара. Нервно сглотнув, провожу ледяными ладонями по мокрому от пота лбу и убираю пряди волос. Сжимаю виски, будто этот жест способен вытеснить отвратительные сны из моей головы. Когда-нибудь это закончится. Просто надо приложить больше усилий. Больше контроля над собственной жизнью и все наладится.
Откидываю плед в сторону и свешиваю ноги с кровати. Ступни обволакивает прохладный воздух, змейкой тянущийся через открытую дверь балкона. Нужно прийти в себя и отвлечься. Сегодня один из тех дней, когда я не могу позволить себе развалиться на части из-за неудачной ночи. И тем более я не имею права давать Максу очередной повод для беспокойства.
Встаю и открываю шторы. Прислоняюсь лбом к двери. Делаю очередной глубокий вдох, пропуская влажный воздух сквозь легкие.
Чувствуешь?
Ничего. Все также.
Открываю глаза и всматриваюсь в небо, затянутое свинцовыми тучами, предвещающими долгожданный дождь. В этом году лето выдалось на редкость жарким, и я уже истосковалась по осенним дождям и прохладе.
Снимаю с запястья резинку, завязываю свои непослушные кудрявые волосы в высокий пучок и направляюсь в ванную. Тихо прохожу мимо комнаты Макса, чтобы не разбудить друга и его ночную гостью. Включаю холодную воду и плескаю себе в лицо. Она освежает и приводит в чувства. Под глазами залегли темные круги. Я не помню, когда спокойно спала последний раз. Даже находящийся рядом Макс и его объятия не успокаивают меня. Они лишь ненадолго придают чувство безопасности, чтобы привести в норму бешеное сердцебиение, а потом все возвращается на круги своя.
Выхожу из ванной и слышу из комнаты друга женское хихиканье. Я была там десять минут, а тишина сменилась бурными играми.
