– Итак, просто хочу, чтобы ты знал и потом не говорил, что я явилась как гром среди ясного неба. – Она поправляет на плече сумку и смотрит на брата с вызовом. – Я вернулась ради тебя гораздо раньше запланированного срока.
– Всего на три дня. – Богдан бросает на сестру скептический взгляд.
– Сейчас мне надо восстановиться после разницы в часовых поясах, а завтра я намерена отправиться с вами обоими на завтрак. – Вика игнорирует слова Богдана. – Так что жду вас на этом же месте в одиннадцать утра. И если я опоздаю, закажи мне что-нибудь сладкое.
– Ты невыносима.
На губах Вики играет ослепительная улыбка.
– Повторяешься, братец. До завтра, Мира. – Она подмигивает мне, а потом, развернувшись, уходит уверенной походкой в сторону центра города.
– Как свидание? – Богдан переплетает наши пальцы. – Надеюсь, Ромео не лез с поцелуями?
– Не смешно. Мне надо было гораздо раньше прояснить отношения между нами. Я не думала, что до такой степени нравилась Никите.
Никита расплатился за ужин, к которому мы толком не притронулись, а затем сел в свою машину и уехал, больше не сказав ни слова. Теперь я даже не представляю, как сложится наше общение и что будет дальше.
– Зачастую мы хотим видеть то, чего нет.
– Это не оправдывает меня.
– Мира, он взрослый парень и вполне может перенести отказ.
Я останавливаюсь и с прищуром смотрю на Богдана.
– Что-то я не заметила, чтобы ты спокойно перенес все мои отказы.
– Потому что я знал, что ты будешь моей, несмотря ни на что. Просто тебе потребовалось гораздо больше времени, чем мне. – На его губах играет самоуверенная ухмылка.
– Ты неисправим. – Я смеюсь.
Мы сворачиваем к дому. Тяжелые тучи, нагрянувшие со стороны моря, нависают над городом. Метеорологи обещают непогоду на ближайшую неделю. Ярко вспыхнувшая молния озаряет небо, а следом за ней раздается оглушительный раскат грома. В воздухе витает запах приближающегося дождя. Я останавливаюсь посреди тротуара, высоко подняв голову, чтобы еще раз полюбоваться этой картиной нахмуренного неба.
– Именно этим ты сводишь меня с ума. – Богдан притягивает меня к себе. – Ты настоящая.
Знает ли он меня настоящую? Сомневаюсь. Ему не понравится то, какая я на самом деле. Сколько раз я отталкивала родителей, Макса, Полину? Не хватит пальцев на руках, чтобы посчитать эти сумасшедшие дни. И Богдана ждет то же самое. Я боюсь, что он усомнится в правильности своего решения.
Богдан поделился со мной своей болью, значит, и я могу доверить ему свой страх, но пока все равно держу его при себе.
Он касается моих губ в легком поцелуе, и на нас падают первые капли дождя: теплые, еще сохраняющие последние отголоски лета. За секунды мелкая морось превращается в сильный ливень, но мы с Богданом не отрываемся друг от друга. Только когда мы промокаем насквозь и начинаем дрожать от холода, Богдан берет меня за руку и ведет в сторону подъезда.
Оказавшись дома, я сразу закручиваю волосы в высокий пучок и перевязываю их резинкой, чтобы не мешали.
– Нам надо переодеться, а потом я могу что-нибудь приготовить.
Богдан снимает мокрую рубашку, оставаясь в футболке.
– У меня дежавю. Второй раз ты предлагаешь накормить меня. – Он проводит по волосам, и в меня летят брызги. – Стоит опасаться?
– Еще одна шутка, и тогда все возможно. – Чмокнув его в щеку, ухожу к себе.
Этот жест кажется таким странным: мы вместе, я могу его обнять и поцеловать, не боясь за свое сердце.
В комнате быстро переодеваюсь в домашние брюки и свободную толстовку. Поцелуи под дождем – это прекрасно, но я продрогла. Перед тем как выйти, смотрю на себя в зеркало и вижу улыбку на слегка припухших губах.
Возможно, я все же заслуживаю счастья.
Иду на кухню и закрываю окно: дождь хлещет с такой силой, что даже в небольшую щель заливается вода. От промелькнувшей молнии мигает свет. Включаю чайник и только успеваю открыть холодильник, как во всей квартире выключается электричество.
– Я не суеверен, но наверняка это знак, что мне надо быть осторожным с твоей стряпней. – Богдан входит на кухню, подсвечивая себе путь фонариком.
– Очевидно, в третий раз тебе не повезет. – Закатываю глаза, открываю шкафчик и достаю стопку флаеров с доставкой еды. – Пицца?
– Предпочитаю пеперони.
Он кладет ноутбук на стол и включает его.
– Любишь остренькое?
– Просто обожаю.
На его губах появляется грязная ухмылочка, от которой мои щеки наверняка становятся пунцовыми.
Заказываю пиццу, а затем набираю номер Макса. Он отвечает после второго гудка.
– Дома есть свет? – сразу спрашивает он.
– Нет. Только что отключили. – Подхожу к окну и смотрю на улицу. Практически все дома рядом с нашим также обесточены.
– Я останусь до закрытия. – Его голос звучит напряженно. – Возможно, переночую здесь.
– У тебя все нормально?
Поворачиваюсь спиной к окну и опираюсь о подоконник.
– Да. Просто мне надо побыть одному.
– Если это из-за Поли, то дай ей время. Вам обоим это нужно. – Я пытаюсь говорить бодро, но сердце разрывается от боли в голосе лучшего друга.
– Знаю, – тихо отвечает он. – Со мной все будет в порядке.
– Как и всегда.
