Я не ответила. Из отведенных мне сорока минут истекло уже тридцать. Руслан демонстративно включил компьютер и зашелестел бумагами. Наверное, припереться к нему в офис — одна из самых нелепых идей, которые посещали меня в последние недели. Странно, и почему она показалась мне гениальной? Я посмотрела на часы вновь — скоро должен прийти последний ведущий. Последняя надежда. Найти нормального ведущего, когда свадьба уже на носу, оказывается, хлопотное дело.
Я вспомнила свою свадьбу, совсем не такую. Нам казалось, что наша любовь выше. Утонченнее. Правильнее. Мы не хотели шумного застолья и пьяных гостей. Мы сделали свадьбу лишь для себя. Эгоизм чистой воды, но мне до сих пор кажется, что наша свадьба была самой чудесной. Оттого вдвойне горче сейчас.
Блядь. Ну обещала же не думать об этом. Уж не сегодня точно. Тем более Руслан и его придурочная ненависть неплохо отвлекали, и все равно ударилась в воспоминания. В дверь постучали, очень вовремя. Вспоминать своего мужа и одновременно сдерживать ненависть Руслана — зряшное занятие, не стоит и пытаться не сломаться.
— Можно войти? — спросил бархатный мужской голос.
— Да, конечно, — встрепенулась я, оторвала взгляд от своих коленей в потертых джинсах, подняла голову.
И обомлела. Это он. Именно таким должен быть ведущий на свадьбе. Лет около пятидесяти, но не расплывшийся, а подтянутый, стройный мужчина. Красивое породистое лицо, аккуратная ухоженная бородка. Дорогой костюм, умные глаза. Что ещё нужно?
— Мы вас берём, — выпалила я.
— Согласен, — сказал Руслан и снова посмотрел на часы.
— Может, сначала ознакомитесь со свадебной программой? — засмеялся мужчина.
— Вячеслав, — представился он.
Пожал руку Руслану, а мою — представьте себе! — поцеловал. Я хотела растаять и стечь под кресло от восхищения, но поймала насмешливый взгляд Руслана и передумала. Раскрыла папку, зашелестела бумагами. Буквы сливались в единое пятно — слишком много всего за один день. Слишком много Руслана. Наверное, я не справлюсь. Испорчу всю свадьбу, Маринка меня возненавидит, мне придётся убегать в чужой город и начинать все сначала. А я для этого слишком, слишком стара. Все, не годятся такие финты.
— Все прекрасно, — сказала я. — Лучше вас мы никого не найдём. Сегодня уже поздно, Руслан Олегович через полторы минуты выгонит нас из кабинета, но, может, завтра встретимся и обговорим все детали?
— Замечательно, — улыбнулся Вячеслав, а я подумала: какого хрена мне раньше не нравились бородатые мужики?
— До завтра, я вам позвоню!
Вячеслав ушёл, а я вдруг поверила, что все у меня получится. И Маринкина свадьба будет идеальной. И я смогу начать жизнь заново, в этом городе, из которого когда-то уехала. Я собрала бумаги, которые сама не так давно разложила на столе и вдруг засомневалась. Как мне уходить? Наверное, с ним надо попрощаться? С Русланом? Сказать пока? А не выглядит ли это наивно? Вообще я растеряла весь пыл. Я даже не знаю, как попрощаться с человеком, который только и делал, что усиленно ненавидел меня двадцать лет. Да ему премию надо дать и медаль за упорство. А я из себя пока не могу выдавить.
— Время, — напомнил Руслан. — Твои сорок минут истекли. Можешь катиться обратно в свою жизнь, напиваться и изливать горе чужим собакам.
Я вспыхнула. Ещё переживала, как корректнее с ним попрощаться.
— Ты такой милый, — сказала я. — Почти как твоя собака.
Прижала папку к груди, не защищаясь, нет. Просто…дистанцируясь.
— Вали, — поморщился Руслан и уткнулся в компьютер.
Я не стала прощаться. Просто ушла молча. Трусливо сбежала. Бравада, с которой я ввалилась в кабинет час назад, вдруг закончилась, испарилась. Я снова стремительно превращалась в девочку, которой достаточно взгляда, чтобы слёзы, поганые глупые слёзы вдруг покатились по щекам. Ненавижу себя. Ненавижу Руслана.
Прошла мимо Леночки, которая делала вид, что не видела меня в упор. По узкому коридору полному открытых дверей. Из них доносился многоголосый монотонный гул, люди работали. У всех есть своя команда, даже у Руслана. Одна я осталась не у дел, никому не нужной, отброшенной. Двадцать четыре ступени — и я спустилась в широкий холл первого этажа. Вывалилась через стеклянные двери на улицу.
Остановилась, вдыхая в себя весну. Ту, что только готовится обрушить на тебя жару и буйство зелени. Терпко пахнущую смолой, смутной зелёной дымкой, накинутой на деревья. Обещаниями. Весна горазда их раздавать. И каждый раз веришь, как дурочка. Что ничего не кончилось, все может возродиться, так же, как природа после зимы. И жить хочется — а зря. Зачем?
