В архитектуре, как и в других техниках, есть результаты, которые передаются во времени и принадлежат архитектуре; чьи-то личные достижения могут копироваться, но если этим занимаются лучшие мастера, получившиеся работы становятся знаком признания и вполне самостоятельными творениями. В любом случае, что бы ни говорили критики, я положительно и с любовью воспринимаю любые имитации того, что можно назвать моей архитектурой; думаю, мне больше нечего сказать по данному вопросу. Мне больше нечего сказать, потому что этот процесс, скажем так, неконтролируем: феномен передачи мысли, того, что мы называем опытом, самих форм не связан с программой, или модой, или даже школой. Поэтому на занятиях со студентами я всегда пытался говорить об элементах и в целом указывать тип работы достаточно ясно и даже упрощенно, преподавать не модели, а технику, с одной стороны, и привычку постоянно расширять свои знания – с другой; анализировать связи общего и личного становления с техникой всегда казалось мне столь же механистичным, как и рассматривать взаимоналожение и смешение связей автобиографии и общественной истории: возможно, здесь требуется параллельное описание, какое я пытался выстроить в данной книге. С другой стороны, некоторые из упомянутых здесь авторов, будь они архитекторами или нет, Лоосом или Конрадом, вошли в мое сознание, практически овладев им, и особые сближения или предпочтения, то, что Бодлер называл
В этой книге я намеревался проанализировать свою работу, то, что я спроектировал и написал, в хронологическом порядке, объясняя, обдумывая и в то же время заново создавая. Но я понял, что, когда я пишу обо всем этом, идет создание нового проекта, который включает в себя нечто непредвиденное; я уже говорил, что мне всегда нравилось то, что завершает и завершается, и что любой опыт всегда казался мне итоговым, чем-то, что навсегда исчерпает мои творческие способности. Но, как всегда, я оказываюсь лишен этой возможности, хотя возможность автобиографии или описания пути своего становления могла бы стать в этом отношении решающей.
Возникли другие воспоминания, другие мотивы, изменив первоначальный проект, который, впрочем, тоже был мне очень дорог. Но и здесь я предпочитаю сдержанный беспорядок.
Итак, может быть, это просто история одного проекта, и, как любой проект, он должен каким-то образом завершиться, хотя бы для того, чтобы его можно было повторить с небольшими вариациями или смещениями или сделать его частью новых проектов, новых мест и новых техник, других форм жизни, которые всегда видны где-то впереди.
Эскиз квартала Галларатезе, 1969
Ручка, фломастер по бумаге, 20,7 × 25,4 см
Эскиз квартала Галларатезе, 1969
Ручка, фломастер по бумаге, 22 × 26 см
Без названия, 1972. Коллаж, фломастер по бумаге, 17 × 19 см
Жилой дом в Милане/Галларатезе (1970), 1980
Фонтан в Сеграте, 1965. Чернила и фломастер по кальке, 86,5 × 61 см
Фонтан в Сеграте, 1965. Чернила и фломастер по кальке, 86,5 × 61 см
Треугольник в архитектуре. Эскиз памятника в Сеграте, 1967
Чернила и масло по кальке, 71,5 × 58,5 см
Памятник в Сеграте (1965), 1980
Куб в Кунео (1962), 1980
Памятник в Кунео, 1962/1987. Акварель, фломастер по бумаге для печати, 42 × 29,5 см. Из Corpus Mediolanensis – собрания работ, перерисованных и исправленных автором
Без названия, н/д. Черный карандаш, бумага, 28 × 22 см
Частная коллекция
Без названия, 1981
Цветные карандаши, ручка и фломастер по бумаге, 25 × 20,5 см
Свайный фундамент для маяков с театром, 1980
Кабинки на Эльбе (1975), 1980
Еще одно лето, 1979. Акварель, чернила и фломастер по бумаге, 31 × 21,2 см
Общежитие в Кьети (1976), 1980
Общежитие в Кьети, 1987. Цветные карандаши и фломастер по бумаге для печати, 49 × 29,5 см. Из Corpus Mediolanensis – собрания работ, перерисованных и исправленных автором
Дом Бэй в Борго Тичино, 1973
Пастель, ручка и темпера по бумаге, 23 × 29,5 см
Дом Бэй в Борго Тичино, 1974. Коллаж на картоне, 44,2 × 18,2 см
Дома на реке Тичино (1975), 1980
Кладбище Модены, 1971. Ручка по бумаге, 22,1 × 14,2 см
Композиция с кладбищем Модены и Санто, 1979. Масло по дереву, 42 × 29,5 см
Большое кладбище Модены, 1983. Ручка и фломастер по бумаге, 21 × 15 см
Этюд Модены, 1977–1984. Ручка и фломастер по бумаге, 22,3 × 15 см
Портик в Модене (1977), 1980
