Поэтому пассивная субстанция, подвергаясь воздействию насилия со стороны другого, получает лишь должное. Теряет она при этом указанную непосредственность, чуждую ей субстанциальность. То, что она приобретает как нечто чуждое, а именно то, что ее определяют как положенность, - это ее собственное определение. - Но когда ее полагают в ее положенности или в ее собственном определении, то она этим не столько снимается, сколько сливается таким образом лишь с самой собой и, следовательно, в своей определяемости есть первоначальность. - Стало быть, пассивная субстанция, с одной стороны, сохраняется или полагается активной субстанцией, а именно поскольку активная субстанция делает самое себя снятой; но, с другой стороны, сливаться с собой и тем самым делаться первоначальным и причиной - это дело самого пассивного (des Passiven). Быть положенным чем-то иным и собственное становление - это одно и то же.
Тем, что пассивная субстанция теперь сама превращена в причину, действие в ней, во-первых, снимается; в этом состоит вообще ее противодействие. В себе она положенность как пассивная субстанция; равным образом положенность была положена в ней другой субстанцией, поскольку именно она восприняла в себя действие этой другой субстанции. Поэтому в противодействии пассивной субстанции точно так же содержится двоякое, а именно, во-первых, то, что она есть в себе, положено, и, во-вторых, то, в качестве чего она положена, выступает как ее в-себе-бытие; она в себе положенность, поэтому она в самой себе получает некоторое действие от другой; но эта положенность есть, наоборот, ее собственное в-себе-бытие; таким образом, это есть ее действие, она сама выступает как причина.
Во-вторых, противодействие направлено против первой действующей причины. Ибо действие, которое субстанция, бывшая прежде пассивной, снимает внутри себя, есть именно действие первой действующей причины. Но причина имеет свою субстанциальную действительность лишь в свое действии; если действие снимается, то снимается ее причинная субстанциальность. Это происходит, во-первых, в себе через/ее самое, поскольку она делается действием; в этом тождестве/исчезает ее отрицательное определение, и она становится чем-то пассивным; во-вторых, это происходит через бывшую прежде пассивной, а теперь противодействующую субстанцию, которая снимает действие первой причины. Правда, в определенной причинности субстанция, на которую оказывается воздействие, в свою очередь становится причиной и, стало быть, действует против того, что в ней было положено некоторое действие. Но она не противодействовала той причине, а полагала свое действие 'опять-таки в другую субстанцию, вследствие чего выявлялся прогресс действий в бесконечность, ибо здесь причина тождественна с собой в своем действии еще только в себе, и потому она, с одной стороны, в своем покое исчезает в непосредственном тождестве, а с другой - вновь пробуждается в другой субстанции. - В обусловленной же причинности причина соотносится в действии с самой собой, так как она есть свое иное как условие, как прец-положенное, и ее действование благодаря этому есть столь же становление, сколь и полагание и снятие иного.
Причина, далее, тем самым ведет себя как пассивная субстанция; но, как оказалось, пассивная субстанция благодаря произведенному на нее действию возникает как причинная субстанция. Та первая причина, которая действует вначале и получает обратно свое действие в себе как противодействие, тем самым снова выступает как причина, вследствие чего действование, оказывающееся в конечной причинности прогрессом в дурную бесконечность, совершает поворот и становится возвращающимся в себя, бесконечным взаимодействием.
С. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ (DIE WECHSELWIRKUNG)
В конечной причинности именно субстанции относятся друг к другу как действующие. Механичность (der Mechanismus)
состоит в этом внешнем характере причинности, в том, что рефлексия в себя причины в ее действии-это в то же время отталкивающее бытие, иначе говоря, что в тождестве с собой, которое свойственно причинной субстанции в ее действии, она столь же непосредственно остается чем-то внешним себе, и действие перешло в другую субстанцию. Теперь во взаимодействии эта механичность снята, ибо оно заключает в себе, во-первых, исчезание указанного выше первоначального сохранения непосредственной субстанциальности, а во-вторых, возникновение причины и тем самым первоначальность как опосредствующую себя с собой своим отрицанием.
