Как же понятие образа жизни связано с тем, о чем мы говорили в предыдущих главах? Мы уже наблюдали, как индивидуумы со слабыми органами страдают от чувства или комплекса неполноценности, сталкиваясь с трудностями и чувствуя себя неуверенно. Однако, поскольку человеку не под силу терпеть подобные ощущения бесконечно долго, чувство неполноценности побуждает его, как мы уже отметили, к движению и действию. В результате человек обретает цель. Индивидуальная психология долгое время называла последовательное движение к цели планом жизни. Иногда это наименование приводило к ошибкам у студентов, поэтому теперь его заменили понятием «образ жизни».
Итак, если у индивидуума имеется образ жизни, мы можем предсказать его будущее: для этого иногда бывает достаточно всего лишь побеседовать с ним и задать ему вопросы (как будто мы заглядываем в пятый акт драмы, где раскрываются все секреты). Мы в состоянии делать подобные прогнозы, потому что нам известны общие этапы, проблемы и требования жизни. Следовательно, на основе опыта и знания нескольких фактов можно достаточно уверенно предполагать, что́ в будущем ждет тех детей, которые всегда держатся отдельно от других, нуждаются в поддержке, отличаются избалованностью или ведут себя нерешительно в различных ситуациях. Что обычно происходит с человеком, чья цель состоит в том, чтобы получить поддержку от окружающих? В нерешительности он останавливается или пытается избежать решения жизненных задач. Нам хорошо известны подобные уловки, колебания и остановки: мы наблюдали их сотни раз. Естественно, такой человек не хочет оставаться с проблемами один на один – он предпочел бы, чтобы ему потакали. Желая оставаться подальше от серьезных проблем жизни, он скорее займется чем-нибудь совершенно бесполезным, вместо того чтобы уладить что-то важное. Ему недостает социальных интересов, и в результате он может стать трудным ребенком, невротиком, преступником или даже самоубийцей (как высшая степень побега из общества). Все эти закономерности теперь понятны нам гораздо лучше, чем прежде.
Например, уже не вызывает сомнений тот факт, что при анализе образа жизни индивидуума мы можем использовать нормальный образ жизни как некий стандарт для сравнительных «измерений». Взяв социально адаптированных индивидуумов за эталон, мы имеем возможность анализировать, насколько отклоняются от нормы конкретные ситуации наших пациентов.
Вероятно, здесь было бы полезно объяснить, как мы определяем нормальный образ жизни и как на его основе понимаем ошибки и странности. Но прежде, чем мы к этому перейдем, нужно упомянуть, что мы не учитываем обобщенные типы в таких исследованиях. Мы не берем в расчет типы индивидуумов, потому что каждое человеческое существо имеет индивидуальный образ жизни. Точно так же, как на дереве невозможно отыскать два абсолютно одинаковых листа, так и среди нас не бывает двух совершенно одинаковых людей. Природа так богата, а возможности стимулов, мотивов, инстинктов и ошибок столь разнообразны, что два индивидуума никак не могут в точности копировать друг друга. Следовательно, говоря о типах, мы имеем в виду лишь интеллектуальный инструмент, делающий более понятными сходные черты индивидуумов. Наши рассуждения делаются гораздо отчетливее, если мы принимаем некую интеллектуальную классификацию (например, деление на типы) и анализируем их выдающиеся особенности. Однако, занимаясь этим делом, мы вовсе не берем на себя обязательство применять одну и ту же классификацию во всех случаях; мы используем только ту, которая в конкретной ситуации более других полезна для того, чтобы зафиксировать отдельное сходство. Люди, которые воспринимают типы и классификации слишком серьезно, однажды поместив человека в какую-либо категорию, уже не в состоянии представить, как можно найти для него место в другой классификации.
Следующая иллюстрация пояснит сущность данной проблемы. Например, говоря о типе социально неадаптированного индивидуума, мы имеем в виду человека, который ведет бесполезную жизнь, не руководствуясь какими-либо социальными интересами. Это один из способов классификации индивидуумов – и, вероятно, самый важный. Однако давайте сейчас присмотримся к индивидууму, чей интерес, пусть и ограниченный, направлен на визуальные стороны бытия. Такой человек может разительно отличаться от того, чьи интересы в значительной степени сконцентрированы на явлениях, группируемых по принципу слухового восприятия; и тем не менее они оба могут быть плохо адаптированы в социальном смысле и испытывать сложности при установлении контактов с другими людьми. Классификация на основе типов, таким образом, может явиться источником путаницы, если мы не осознаем, что типы – это всего лишь абстракции, удобные в большинстве случаев.
