— Мда, не поспоришь… — Джон вдруг отчётливо осознал, что если он не желает, чтобы Шерлок как-то догадался о нюансах беременности леди Морстен, их придётся изолировать друг от друга. И не только по причине невольного отцовства Преданного, но ещё и потому, что, общаясь с Мэри, Шерлок мог рано или поздно ВСПОМНИТЬ, что же именно ему пришлось сделать во дворце князя Магнуссена, и кем была его жертва. И что будет с Преданным после того, как инстинктивно возникшая защитная блокада разрушится, Джон боялся даже представить. Во всяком случае, разговоров о беременности сейчас лучше избегать.
— Кстати, я не думал, что Преданного можно взять «на слабо», — нарушил король возникшее молчание, стараясь увести беседу в иное русло.
— Нельзя, — едва заметно дёрнул уголком рта Шерлок. — Но Вам ведь этого так хотелось.
— А звучало вполне убедительно, — немного огорчился Джон. — Скажи, ты всегда будешь мне подыгрывать? Говорить то, что я хочу услышать, делать лишь то, что я приказываю?
— Таковы законы поведения Преданных, их инстинкты.
— А если меня не будет рядом? Долго не будет? — не унимался король, сдвигая капюшон, чтобы видеть своего собеседника.
— Вы сами знаете, что случится, государь, — Шерлок ответил так спокойно, словно речь шла вовсе не о нём. — Без Хозяина Преданные погибают.
— Да знаю я, знаю! — начал горячиться Джон. — Но я говорю сейчас не о дурацких законах Школы и не о приобретённых инстинктах, а конкретно о тебе. Ты же не простой Преданный, ты — Универсал, а значит, превосходишь своих собратьев, и я думаю, не только в знаниях и умениях. Мэтр Ромус говорил, что чем выше интеллект, тем сложнее управлять его носителем. Я уверен — этим ребятам, вашим мастерам, не удалось до конца вытравить в тебе всё человеческое…
— Поверьте, государь, Мастера приложили все усилия… — заступился за учителей бывший воспитанник.
Пытаясь не думать, в какой именно форме эти усилия были приложены, Его Величество продолжил:
— Мне очень бы хотелось, чтобы ты постарался как-то это в себе… не знаю — отыскать, что ли? И я хочу помочь тебе в этом.
— Зачем Вам это, государь?
— Не хочу, чтобы ты умер, если меня по какой-то причине не будет рядом.
— Вы… планируете… избавиться от меня, господин? — сквозь всё ещё невозмутимый тон отчётливо прорезались нотки отчаяния и даже паники. — Я огорчил Вас? Я снова сделал что-то не так?
Еле сдерживаясь, чтобы не броситься к растерявшемуся парню, осыпая сведённое мучительной гримасой лицо успокаивающими поцелуями — таким трогательным и ранимым выглядел сейчас обычно бесстрастный Преданный — Джон ограничился лишь тем, что, дёрнув поводьями и приблизившись, положил ладонь Шерлоку на плечо.
— Не говори глупостей, а не то я начну сомневаться в уровне твоего интеллекта, — привычно отшутился он. — Дело не во мне, Шерлок, пойми наконец! Не в моих желаниях или интересах. Точнее, и в них тоже, но это не главное. Я, элементарно, просто смертен, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Кроме того, ты ведь прекрасно понимаешь, что мне не нужен раб, как бы его не называли. Это нехорошо, это унизительно. Это недостойно человека, а мы с тобой люди, Шерлок, оба, что бы там тебе ни внушали в твоей Школе, — с каждым произнесённым словом Джон всё больше заводился, чувствуя, как все накопившиеся по этому поводу мысли и эмоции, вдруг получившие возможность проявиться, так и вырываются наружу. — Там, внутри вымуштрованного непонятными мне способами Преданного, по-прежнему живёт яркая и жаждущая свободы личность. Я видел это, чувствовал в тебе во время установления Связи. Тот мальчик, который попал в лапы Мастеров много лет назад, никуда не исчез. Да, он заперт, закован, лишён возможности говорить и защищать себя, но он жив. Скажу больше: он вырос, возмужал, стал сильнее. И он больше не одинок. У него есть я. И, если он сам пока не в состоянии бороться за свою свободу, то тогда это следует делать мне. Я должен и хочу этого, понимаешь, Шерлок? Я хочу освободить тебя из той тюрьмы, которую твои учителя так тщательно выстроили и поместили вот сюда, — он дотронулся до груди Преданного, с волнением чувствуя, как учащённо бьётся у того сердце. Похоже, слова Его Величества не оставили парня безучастным. Приободрившись, Джон продолжил:
— Давай попробуем разрушить эту клетку, Шерлок? Ты сможешь. Мы вместе — сможем, я знаю. И я обещаю, что буду рядом. — Король призывно посмотрел в глаза Преданного и, не обнаружив в них желанной веры, с отчаянием добавил: — Хотя бы попытайся…
— Это невозможно, господин.
