Молча наблюдавший за двумя королями Шерлок, наравне с непосредственными участниками этой полной намёков беседы легко прочитавший между строк то, что не было высказано вслух, сдержанно улыбнулся и едва заметно склонил голову в благодарном жесте, получив от сира Майкрофта такой же полужест в ответ, доказывающий, что навыками мгновенной оценки людей за этим столом обладает не только воспитанник Школы Идеальных Слуг.
Более того, Его Императорское Величество был первым, кто прозорливо вспомнил о безнадёжно остывающем ужине:
— Что же, если все вопросы прояснились, возможно, настало время отдать-таки должное этому превосходному стейку? — и, подавая пример гостям, с непревзойденным изяществом принялся разделываться с лежащим перед ним на тонком фарфоре аппетитным куском мяса.
— И что это было? — тут же полюбопытствовал Джон, когда они с Шерлоком, удостоившимся милостивого прощального рукопожатия сира Майкрофта наравне с шотландским королём, покинули императорский кабинет.
— Что именно, государь? — с готовностью уточнил секретарь.
— Ты ведь с самого начала знал, кому мы обязаны столь удачным исходом судебного дела? — возмущённо продолжил Его Величество.
— Это было несложно вычислить, — не сморгнув глазом пустился в объяснения Преданный, словно и не замечая королевского недовольства. — Я видел собственноручные письма Его Императорского Величества среди Вашей корреспонденции, а некоторые, слишком характерные особенности написания отдельных элементов букв легко распознать даже при изменённом почерке…
— Не морочь мне голову своей дедукцией! — нетерпеливо прервал рассуждения собеседника Джон. — Я хочу знать, почему ты был таким… холодным в разговоре с сиром Майкрофтом? В сложившихся обстоятельствах это могло сойти за откровенную дерзость, ты не находишь?
— Я не собирался дерзить, государь, — заверил Шерлок. — Меня всего лишь насторожило слишком дружелюбное отношение императора.
— Всего лишь?.. — переходя на громкий шёпот, продолжал возмущаться король. — И чем тебя не устраивает дружелюбие верховного государя по отношению к твоей персоне?
— В том-то и дело, Ваше Величество, — кивнул Преданный. — Слишком много чести для человека моего статуса. Ужин, комплименты… Сир Майкрофт — очень умный и расчётливый политик, почти за каждым действием которого стоит сложная многоходовая игра.
— Ты в чём-то подозреваешь Короля-Императора? — от настолько неожиданного предположения брови Джона полезли на лоб, а сам он даже остановился, удивлённо уставившись на автора этой странной нелепицы.
— Пока у меня нет для этого оснований, но даже если учесть его искреннюю к Вам симпатию, не стоит исключать возможность далекоидущих политических интриг. И неясно, какая роль в этом будет отведена Вам или мне, — несмотря на кажущуюся несуразность, предположения Шерлока выглядели вполне допустимыми, чего шотландский король не мог отрицать при всем своём желании.
Не найдясь с ответом, Его Величество только раздражённо махнул и продолжил путь к отведённым им покоям, но за ближайшим же поворотом натолкнулся на командира собственной охраны, бесцельно слоняющегося по пустынному коридору.
— Государь! — немного смешавшись, капитан Лестрейд поспешил объяснить свой поздний променад вблизи императорских апартаментов: — Вас долго не было, я решил пойти вам навстречу, на всякий случай. Князь покинул Лондон сразу после суда, но его ищейки могли и сюда затесаться.
— Бог мой! Меня окружают параноики, — выдохнул король. — Думаешь, кто-то рискнёт напасть на меня во дворце верховного правителя Европы? Или тоже подозреваешь сира Майкрофта в заговоре?
— В каком ещё заговоре? — не понял Лестрейд, переводя недоуменный взгляд с Его Величества на королевского секретаря и обратно.
— Забудь, — отмахнулся Джон. — Наверное, сказываются последствия сегодняшнего тяжёлого дня. Надо отдохнуть, завтра с утра отбываем в Эдинбург.
— О, я действительно кое-что забыл! — капитан поспешно сунул руку в карман и, выудив оттуда небольшой бархатный мешочек, вытряхнул в горсть его содержимое. — Вот, возвращаю в целости и сохранности, — протянул он ладонь Шерлоку. Преданный замер, задумчиво разглядывая лежащие на ней вещицы: подаренный Его Величеством перстень и амулет — сохранённую старым торговцем Школы единственную частичку безвозвратно забытого детства её воспитанника.
— Почему они у тебя? — подозрительно нахмурил брови Джон, оглядывая скромные сокровища.
— Это я передал их Лестрейду, государь, — пробормотал Шерлок, не выходя из своей внезапной отрешённости, — не хотел, чтобы эти предметы достались князю Магнуссену, если бы… небеса оказались к нам не так благосклонны…
— Значит, ты не был уверен в благополучном исходе дела? — чувствуя неприятный, разливающийся в груди холодок, ещё больше нахмурился король. Шерлок, наконец, моргнул, возвращаясь в реальность:
