— В этом было задействовано слишком много особ, чтобы предположения могли превратиться в уверенность. Люди — не факты, на них не так просто опираться, Ваше Величество. — Но тут же постарался унять тревогу своего сюзерена: — В любом случае, сейчас это уже не имеет значения.
Джон, и сам будучи рад как можно скорее забыть дурацкий магнуссеновский иск и все связанные с ним переживания, дабы отвлечься от неприятных картин, которые разгулявшаяся фантазия с несвоевременной услужливостью принялась изображать перед его мысленным взором, постарался сосредоточить своё внимание на украшениях, по-прежнему ютящихся в сложенной лодочкой капитанской ладони. Приняв задумчивость Шерлока за нерешительность, он поспешил развеять предполагаемые сомнения, которые, по мнению Джона, могли возникнуть в странной голове его осмотрительного секретаря.
— Да, ты прав — всё закончилось хорошо, а значит и Грегу больше незачем хранить у себя твоё имущество. Так что… — Его Величество сгрёб вещицы с ладони Лестрейда и протянул их Шерлоку.
— Прошу прощения, государь…
По рассудительному тону молодого человека Джон понял, что его предположения весьма близки к истине, а тот продолжал:
— Я заметил у сира Майкрофта точно такой же перстень, вероятно — упомянутую Вами пару к этому. Он носит его на левой руке, как и королевский фамильный изумруд, и, по всему видно, дорожит этим кольцом. Не сочтёт ли император оскорблением то, что второй экземпляр столь ценной для него вещи оказался на пальце безродного слуги, и не станет ли обвинять в этом Вас?
— Кажется, мы с тобой уже обсудили данный вопрос. — Для Джона, готового положить к ногам друга и возлюбленного все сокровища мира, какой-то перстень действительно казался мелочью, не стоящей ни споров, ни пререканий. — Во-первых, не император ли только что жал руку этого самого «безродного слуги»? А во-вторых, сие кольцо не является атрибутом королевской власти, поэтому я могу подарить его тому, кому пожелаю. Что же касается его символического значения — то кто, как не ты достоин подобного подарка? Я дал тебе этот перстень в знак дружбы и верности, и не думаю, что мой поступок может оскорбить сира Майкрофта: и дружба, и преданность всегда высоко ценились наследниками Дома Холмсов.
Не дожидаясь дальнейших возражений, Его Величество уверенным жестом перехватил запястье дёрнувшейся ему навстречу изящной, но сильной руки, и, даже не задумываясь над неоднозначным символизмом своего действия, водрузил поблёскивающую глубокой синевой драгоценность на палец Преданного.
Ставший невольным свидетелем двусмысленной сцены капитан, смущённо кашлянув, поспешил отвернуться, внезапно заинтересовавшись узором висящего на стене роскошного гобелена. Шерлок же, больше не пытающийся приводить свои убедительные, но совершенно не достигающие королевского понимания резоны, покорно и благодарно кивнул, принимая из джоновых рук и старый амулет, машинально скользнув большим пальцем по полустёршейся букве на гладко отполированной древесине.
Тем временем, бой часов на одной из дворцовых башен, приглушёнными раскатами проникающий даже сквозь толстые стены замка, возвестил о наступившей полночи.
— Ваше Величество, — налюбовавшись работой старинных ткачей, командир личной охраны решил, что проявленного им такта уже вполне достаточно, — если Вы желаете отбыть завтра пораньше, думаю, действительно самое время подумать об отдыхе. Дорога предстоит долгая, к вечеру неплохо было бы добраться до Нортгемптона…
— Да, согласен, — почувствовав, как накопившаяся за день усталость тяжёлыми цепкими лапами ложиться на плечи, кивнул король. — Идём, Шерлок! Не знаю, как ты, а я порядком вымотался. — Не сдержавшись, он сладко зевнул, но, вновь заметив вернувшуюся на лицо по-прежнему сжимавшего в руках деревянную вещицу секретаря некоторую отстранённость, тут же полюбопытствовал: — С тобой всё хорошо?
— Да, государь, — последовал незамедлительный ответ, но тревога не оставила Джона: ему всё сильнее начинало казаться, что лондонский замок имеет на парня какое-то странное воздействие… И, словно подтверждая мысли короля, Шерлок вдруг заинтересованно прищурился:
— Ваше Величество, а возможно ли где-нибудь здесь, в Уайт холле, увидеть изображение всей ныне правящей королевской семьи?
— Семейные портреты династии Холмсов находятся в анфиладе на втором этаже. Думаю, среди них есть и семейство сира Майкрофта… — Джон с удивлением воззрился на своего недавно победно отвоёванного Преданного. Похоже, пережитое судебное разбирательство действительно послужило ощутимым толчком к изменениям в личности его секретаря, и королю оставалось лишь надеяться, что эти, такие ожидаемые им изменения, не разрушат существующую между ними связь. — А тебе зачем?
Шерлок неопределённо мотнул кудрявой головой:
— Чистое любопытство, государь!
