Воспользовавшись этим, кареглазый раб незамедлительно переместился на подлокотник претенциозного кресла и, устроившись поудобней, стал поглаживать плечо своего господина. Тот, словно очнувшись, грубо перехватил его руку и, повернувшись, прижал тонкую кисть к высокой спинке:
— Но в целом твоя мысль неплоха, — мужчина наклонился к юноше, его ладонь почти нежно скользнула вниз по гладкой груди, подтянутому прессу и внезапно обрушилась на полувозбуждённый пах. Пальцы сжались. Преданный застыл с приоткрытым на вдохе ртом, обнажая жемчужные зубы. Лорд усмехнулся, довольный реакцией, и чуть ослабил нажим: — Весьма неплоха.
— Иии?.. — прохрипел дерзкий мальчишка.
— Нужно подобрать исполнителя. Ты у меня не один такой.
Тиран выпустил сжатое на волю и, поднявшись, направился к торчащему в стене кинжалу. Задумчиво взялся за рукоять.
Карие глаза блеснули сожалением и пониманием:
— Ах да. Ваша новая игрушка… Вы уверены, господин?
— Он тоже Преданный.
— Но не такой же, как я.
— Не говори ерунды. Формула Связи одна. Без вариантов. Всё остальное — только роли, игра, определённое амплуа. А различия между вами — это как раз то, что нужно.
— Вы ведь и выбрали его только поэтому — ради разнообразия? — в голосе юноши послышался едва уловимый намёк на ревность. — Он никогда не выполнял Ваших приказов с истинным наслаждением, не желал всем естеством Вашей власти, не разделял Ваших желаний…
— Беспрекословное подчинение надоедает. Порой хочется почувствовать хоть какое-то сопротивление, пусть и молчаливое. Это делает жизнь не такой пресной.
— Как Вам угодно, мой господин. Но хватит ли ему усердия?
— Если прикажу — вполне. Мои приказы не обязательно должны ему нравиться, но не выполнить их он не может. Связь не оставляет выбора, не так ли, Преданный?
Раб склонился в полунасмешливом поклоне:
— Разумеется, мой Лорд. Мне его позвать?
Легким движением сильной руки кинжал был выдернут из временных ножен, и остриё его, без единого комментария со стороны лорда, указало на дверь.
Преданный вновь расплылся в многообещающей ухмылке и, не озаботившись ни единой деталью одежды, вышел из комнаты.
Лорд на мгновение замер, оценивая дальнейшее развитие событий, и, поигрывая кинжалом, направился в сторону кровати. Резко дёрнул скрывающее её полотно, являя взору разметавшуюся на чёрным шёлке молодую женщину.
Посмотреть было на что: длинные, узкие в щиколотках ноги, тонкая талия, небольшая, но красиво очерченная грудь с маленькими тёмными вишенками сосков, длинная шея и белая, без единого изъяна кожа. Густые волосы цвета тёмного шоколада струились по плечам, укрывая шелковистой волной часть изящного тела и лежащий под рукой пуф. Черты лица очаровательницы не были излишне правильными, но высокие скулы и большие светлые глаза, опушённые густыми длинными ресницами, делали её невероятно притягательной и желанной. Тонкая нить жемчуга обвивала в несколько витков левое запястье. Острые, почти хищные, ухоженные ногти горели ярко-алым лаком. Больше на женщине не было ничего.
Дева приподнялась навстречу нарушившему её уединение мужчине, призывно разведя колени.
— Слышала?
Она улыбнулась, но промолчала. Потянулась к поясу, почти не сдерживающему полы халата мужчины, и легко дернула его на себя, развязывая до конца уже без того ослабленный узел. Лорд повёл бровью, но не стал препятствовать своеволию.
— Молчишь?
Женщина слегка прикрыла сияющие глаза:
— Я здесь не для разговоров.
Он раздвинул губы в устрашающей гримасе, втискивая колено между стройных бёдер и нависая над ней всем своим легко обнажившимся телом. Повёл кончиком кинжала, едва не касаясь нежнейшей белизны, обводя сначала одну безупречную грудь, затем другую. Хмыкнул:
— Верно, — и, откинув смертоносное лезвие, склонился ещё ниже, упираясь ладонями по обе стороны возлежащего на подушках гибкого тела. Втянул в себя воздух, хищно ощерившись, почти касаясь зубами нежной шеи.
Красавица тут же отзывчиво провела кончиком языка по колкой щетине на щеке мужчины и слегка прикусила мочку уха. После, уверенно сняв с него очки, отложила их в сторону и, скорее почувствовав, чем услышав довольное поощряющее урчание, выгнулась, обхватив ногами напряженный торс своего хозяина и оттолкнувшись с силой и грацией дикой кошки, в мгновение ока оказалась сверху, впечатав того спиной в прохладный шёлк простыней.
Не ощутив никакого недовольства лорда, приподнялась. Прекрасные глаза сверкнули вызовом, а тонкая рука потянулась к лежащим на кровати ремням из тонко выделанной, но, видимо, прочной кожи. Однако, не успев выполнить своего манёвра, женщина снова оказалась подмятой под длинное и жёсткое тело, с мёртвой хваткой прижатыми в запястьях к ложу руками.
— Не сегодня, — произнёс лязгающий сталью голос.
