Навсе…где? полностью

– В общем, мне нужно приворотное зелье.

Значит, мистер Харт все знал, подумала я. Не только о нашем судне, но и о поведении своей жены. Интересно, что ответит Слэйт? Однажды я спросила его про приворотное зелье, а он лишь усмехнулся – ему была отвратительна сама идея принуждения кого-либо к нежным чувствам. Но в мифах и легендах часто говорится о приворотных зельях, стрелах Купидона и прочих подобных вещах.

Кашмир, избегая зрительного контакта со мной, приставил нож к зажатому дверью подолу платья. Лезвие с тихим шорохом разрезало шелк.

– Это очень важно для меня, сэр, – сказал мистер Харт. – Понимаете? Вы рассказали мне, почему вам необходима эта карта. Вы знаете, на что человек может пойти ради любви.

– Хорошо, – промолвил Слэйт. – Пусть будет по-вашему. Как я уже говорил, я в таких делах не эксперт. Но… Никс найдет что-нибудь подходящее. Она может отыскать все, что угодно.

– Отлично.

Каш шагнул назад – дверь больше не держала меня. Я передала ему карту и, кивнув в сторону соседней комнаты, одними губами произнесла:

– Капитан.

Мой план был достаточно прост: войти, сказать Слэйту, что мы получили послание от Би, которая требует, чтобы мы немедленно вернулись на корабль, и уйти прежде, чем мистер Харт успеет что-либо сообразить. Но мне трудно было шепотом объяснить все это Кашмиру. Не дослушав меня, он покачал головой и знаком велел мне следовать за ним.

– Как только вы будете готовы к отъезду, найдите меня на пристани, – сказал в это время за стеной Слэйт. – Чем скорее это произойдет, тем лучше. Не надо давать вашим друзьям много времени, иначе они что-то заподозрят. Может, имеет смысл сделать все прямо сегодня, после бала?

– Мне понадобится время, чтобы упаковать вещи и привести в порядок свои дела. Хотя… Боже мой, что я такое говорю? – В голосе мистера Харта отчетливо слышались эйфорические нотки – он явно почувствовал близость свободы. – Меня ждет новая жизнь. Не стоит брать в нее вещи из жизни прежней!

– Кроме карты, – заметил Слэйт.

– Да, карты. Карта…

Я увидела, как у Кашмира расширились зрачки.

– Пойдем, – шепнула я, но он прижал палец к моим губам. Потом взял меня за запястье и потащил к двери. Когда мы подошли к ней, она внезапно распахнулась. В дверном проеме стоял Блэйк.

Мы с Кашмиром замерли на месте. Блэйк, окинув нас взглядом, оценил ситуацию по-своему, заметив сжатые на моем запястье пальцы Кашмира и мое порванное платье. Несколько мгновений все оставались неподвижными. Момент был просто ужасный.

– Отпусти ее! – выкрикнул, сбросив оцепенение, Блэйк и оттолкнул Кашмира. Тот, попятившись, наткнулся на банкетку и выронил карту, которую я чудом успела подхватить.

– Блэйк, это не то, что вы…

Но остановить молодого Харта было невозможно.

– Скотина! Мерзавец! – бросил он, ворвавшись в комнату.

– Что вы себе позволяете, юноша? – подал голос Кашмир.

– Замолчите оба сейчас же! – завопил Блэйк с потрясенным видом.

Вторая дверь у меня за спиной ударилась о косяк.

– Господи, Никс, чем вы здесь занимаетесь? – раздался голос моего отца.

На пороге кабинета стояли Слэйт и мистер Харт. Взгляд капитана был полон гнева, взгляд его спутника – неподдельного страха. Глаза мистера Харта округлились, лицо побледнело.

– Что это? – пробормотал он, глядя на карту в моей руке. – Воровство? В моем доме?

– Я не знаю, в какие игры ты играешь, приятель… – начал Блэйк, с искаженным яростью лицом указывая пальцем на Кашмира.

– Блэйк, убирайся отсюда! – громко выкрикнул Харт-старший. Кашмир схватил Блэйка за плечи, вытолкнул из комнаты в холл и захлопнул дверь.

Слэйт приблизил свое лицо к моему.

– Вы что это задумали? – тихо спросил он и забрал у меня карту. Внезапно мистер Харт выхватил ее у него и шагнул к камину.

– Нет! – крикнул Слэйт и бросился за ним, растопырив руки. Остановившись у каминной решетки, мистер Харт обернулся. Лицо его было перекошено от гнева, руки дрожали. В какой-то момент мне показалось, что он вот-вот ударит Слэйта по лицу. Однако он не сделал этого. Выражение ярости на его лице уступило место гримасе жестокости. Не говоря более ни слова, он сделал такое движение рукой, словно собирался бросить карту в огонь.

– Не надо, пожалуйста, – пробормотал Слэйт и умоляющим жестом сцепил ладони перед грудью. Мистер Харт продолжал держать карту над пламенем, готовый в любой момент осуществить свою угрозу. Стоило ему разжать пальцы – и карта сгорела бы, а вместе с ней и все мои страхи и тревоги. Я наблюдала за происходящим, затаив дыхание, – мне еще никогда не приходилось видеть, чтобы отец кого-то о чем-то униженно просил.

– Пожалуйста, поверьте мне, это был не мой план, – проговорил Слэйт. Мистер Харт продолжал стоять неподвижно. Еще несколько секунд – и теперь уже в глазах отца блеснула ярость. – Ну что ж, хотите ее сжечь – жгите. Давайте! Уничтожьте свой единственный шанс покончить с долгами.

– Если меня заподозрят в двойной игре, долг будет не самой большой моей проблемой, – неожиданно спокойно произнес хозяин.

– Я никому не скажу ни слова, клянусь честью.