Наташа взяла его под руку, и они пошли медленным шагом. О людях Сталкера Антон больше не думал, хотя они могли появиться в любой момент.
– Я должна тебе сказать что-то важное. Я долго собиралась и…
Антон остановился.
– У нас будет ребенок?
– Нет. Другое.
– Ну…
Пауза.
– Ладно. Может быть, в другой раз.
– Да говори, чего там…
Наташа подняла глаза и, посмотрев на Антона, тихо произнесла:
– Я тебе верю.
– Веришь? Чему?
– Про будущее. Про то, что ты говорил.
– А-а-а… это.
Они пошли дальше. Антон раскидывал носком ноги мелкие камешки.
– Скажи, о чем ты там мечтал?
Антон вспомнил свою прошлую жизнь, которая была в будущем, и сказал:
– О всякой ерунде. Теперь даже вспоминать смешно.
– Но все же?
Антон остановился.
– Я скажу. Но тогда и ты скажешь.
– Хорошо. Ты первый…
– Я мечтал… О… коттедже на Рублевке, пентхаусе в центре города, новой машине, океанской яхте…
– Понятно…
– А ты о чем мечтала?
– Я? – Наташа опустила глаза и смотрела себе под ноги. – Ну, так…
– Но все же…
Наташа подняла глаза и, слегка улыбнувшись, сказала:
– Когда маленькая была, я мечтала встретить принца…
– А когда выросла?
– Что он не окажется алкашом.
Антон покачал головой, и они пошли дальше. Ему было стыдно, что он не оправдал надежд.
– А какое оно? – спросила Наташа.
– Что? Будущее?
– Да.
Антон пожал плечами:
– Можно ехать куда угодно. Можно не работать, и тебя за это не посадят в тюрьму. Можно ругать правительство и президента, ходить в боулинг, заказывать на дом пиццу, смотреть МТВ или порно по кабельному каналу. Можно путешествовать по всему миру, с деньгами или без… Делай что хочешь, и никому до тебя нет дела.
– А если ты будешь умирать с голоду?
– Все равно нет дела.
– Это же ужасно?
– Да, жуткая жизнь…
Антон обнял девушку за плечи, и так они шли до самого дома. У скамейки, на которой они когда-то целовались, они остановились, и Наташа спросила:
– Зайдешь?
– Твой отец меня не любит.
– Его нет дома. Будет поздно. Он ведь теперь второй секретарь райкома.
– Рад за него. Честно.
– Ты ему помог.
– Но он все равно меня не любит.
– Пошли. Если что – он переживет.
Она взяла его за руку, и они вошли в подъезд. Пройдя в квартиру, Антон скинул в прихожей пиджак, развязал галстук и повесил его на вешалку. Потом выбрал в зале из стопки на серванте пластинку с медленными танцами, вытащил ее из бумажного конверта и поставил на проигрыватель. Зазвучала нежная музыка.
Когда он обернулся, Наташа была уже рядом и положила ему руки на плечи. Они стали танцевать, прижавшись друг к другу. От Наташи пахло новыми духами, которые, наверное, отец привез ей из Италии. Но Антона дурманили не они, а жар, который исходил от ее горячего сухого тела.
В это время во двор въехала машина такси. Виктор заглушил мотор и вылез наружу. Закрыв дверь ключами, он поправил кепку на голове и, посвистывая, пошел к подъезду. Из окон Наташиной квартиры раздавалась музыка. Виктор замер. Затем тихо подкрался к окну, стал на цыпочки и заглянул внутрь. Наташа и Антон целовались посреди комнаты. Казалось, они не слышали музыки и ничего не замечали вокруг.
Виктор сорвал кепку с головы и стал молча махать ею перед окном. Злоба душила его, губы дрожали. Наконец он смог выдавить из себя:
–
Потом он резко развернулся, пошел, спотыкаясь, к машине, сел внутрь и быстро задним ходом выехал со двора, распугав кур.
Через пару дней Антон получил зарплату. Это были первые деньги, честно заработанные им в новой жизни. Пятьдесят советских рублей. Он решил их тут же потратить. Одевшись в костюм, он пошел к Валентине.
В торговом зале было пусто. При виде Антона Валентина поправила груди и прическу.
– А я только что думала о тебе.
– Я легок на помине.
– Как дела?
Антон достал деньги и положил на прилавок.
– Дела неплохо, деньги есть, но нечего на них купить. У вас даже казино нет в городе.
Валентина усмехнулась, положила деньги в карман фартука и ушла в подсобку. Через несколько минут она вынесла и положила перед Антоном банку черной икры, финский плавленый сыр, колбасу, бразильский кофе и импортное печенье.
– Ух ты! Вот это да!
– Угощайся!
Антон покачал головой.
– Сегодня у нас с корешем будет пир.
Валентина собрала продукты и сложила их в сетку. Протянула Антону. Он взял в руки авоську, смущенно улыбнулся.
– Я не знаю, как тебя отблагодарить!
– Не надо меня благодарить.
– Когда-нибудь я…
– Правда, не надо. Все хорошо.
Антон кивнул и пошел к выходу. У двери он остановился и обернулся. Валентина смотрела ему вслед «невидящим» взглядом.
–
Антон пожал плечами.
– Нормально.
– Пьет?
– Я не видел.
– Врешь.
– При мне он старается не пить. По-моему, он пытается завязать.
– Думаешь, сможет?
– Думаю, да. Почему нет?
– Ладно. Передавай ему привет.
Антон стоял и молчал. Потом сказал серьезно:
– Он хороший мужик. Таких мало.
– Я знаю…
– Что еще ему передать?
– Ничего. Больше ничего…
Лицо ее стало грустным. Она пыталась улыбнуться, но от этого ее рот только некрасиво кривился. Антон подождал немного, потом кивнул головой и вышел.
