– Качели, на самом деле, довольно удобные, – произносит она из–за двери.
Я оглядываюсь, и думаю обо всем, что хочу сделать с ней на этих качелях.
– Почему бы тебе не выйти и не показать, как они работают? Ты же знаешь, что я самый красивый в
этих отношениях, а ты – самая умная.
Она щелкает замком и распахивает дверь.
– Ну да, блин конечно. Ты самый красивый в этих отношениях.
Я самодовольно улыбаюсь ей, и она опускает свои руки на бедра.
– Послушай, Значок. У меня было время, чтобы остыть, и одновременно с тем, что я не могу
связываться федералом, я все еще хочу ту ночь, которую ты пообещал мне. Поэтому если мы это
сделаем, ты захлопнешь свой рот.
– Значок?
– Это все что ты понял из сказанного? Да, Значок. Ну, знаешь, жетон, как тот, что наверняка лежит
твоем заднем кармане.
Она права.
– Значит, ты позволяешь мне себя трахнуть, но я не могу похвастаться этим перед парнями в офисе?
Она поднимает бровь и убийственно смотрит на меня.
– Я не целуюсь и не разговариваю, поэтому тебе не стоит волноваться об этом. Но я не стремлюсь
скрывать тот факт, что трахнул самую сексуальную женщину, которую видел за всю свою проклятую
жизнь.
Ее руки падают с бедер, и я вижу тот же румянец на ее щеках снова. Что–то в этом показывает
насколько она, на самом деле, уязвима, и мне это нравится.
Я снимаю руки с дверного проема и шагаю в дом. Я закрываю дверь пинком за собой и щелкаю
замком. Ее глаза увеличиваются, пока она стоит тут и смотрит на меня. Я проделываю два тяжелых
шага до нее и хватаю за талию, поднимая на себя. Ее руки и ноги сразу же обвивают мое тело, и я
уношу ее в спальню. Ясное дело, мне не нужно спрашивать, где она.
Я продолжаю идти, пока мои колени не упираются в кровать, и укладываю ее на спину.
– Сними одежду, – прошу я и тянусь за свою голову, чтобы стянуть футболку. Она так и лежит,
уставившись на меня, похожая на богиню, пока я расстегиваю ремень и молнию на джинсах. Она
сочная и соблазнительная, и я не могу дождаться момента, когда вопьюсь зубами в каждый ее дюйм.
– Макензи, я буду более, чем счастлив кончить на тебя, но, в действительности, предпочел бы свой
член внутри тебя. Снимай майку и дай мне посмотреть на эти полные сиськи.
Я самодовольно улыбаюсь, когда сбрасываю одежду и ботинки. Я – итальянец, поэтому у меня
загорелая кожа и волосатое тело. Темные волосы на груди покрывают мои перед и ноги одинаково. Я
занимаюсь, поэтому мое тело в форме, но я, безусловно, крупный парень и ни за что не решу
подстричься. Макензи разглядывает мое тело с ног до головы, и, похоже, ей нравится то, что она
видит. Я надеюсь на это, это единственное голое тело, которое она будет видеть остаток своей жизни.
Я встаю перед ней, полностью обнаженный с членом наперевес, указывающим на нее. Она садится и
снимает майку, и ее черный кружевной лифчик идет следом. Ее большая грудь вываливается на
свободу с розовыми, затвердевшими сосками. Она ложится на спину и расстегивает джинсы, а я
опускаюсь вниз, чтобы расшнуровать ее ботинки. Вместе, мы раздеваем ее, пока оба не остаемся
голыми.
Я опускаюсь на колени и подхватываю ее лодыжки, подтягивая ее попку к краю кровати. Она
взвизгивает, но не протестует.
– Сядь, детка, я хочу эти соски в своем рту.
Она выполняет то, что я прошу, и садится на край кровати, опуская ноги на пол. Я устраиваюсь на
коленях между ее ног, и мой рот оказывается на совершенных вершинах, чтобы уделить им много
внимания.
Я обхватываю ее грудь обеими ладонями и сжимаю их вместе, чтобы одновременно поместить оба
соска в свой рот. Я – голодный мужчина, а ее тело – восхитительный пир для меня. Она вцепляется в
мои волосы и тянет их, когда я становлюсь грубее с ней. Ее грудь большая и вываливается из моих
рук, и я не могу насытиться ею своим ртом. Я сосу и покусываю ее, что, знаю, оставляет следы. Мой
член истекает смазкой только от мысли сделать ее своей. Я не протерплю долго перед тем, как
оказаться в ней, но нам нужно немного поболтать.
Я неохотно отстраняю свои губы всего на дюйм от ее сосков, не желая выпускать их из своего рта.
– Ты на таблетках?
– Иди с этим нахрен, я на прицеле. И ты наденешь презерватив на себя, чтобы мы смогли продолжить.
Я смеюсь и качаю головой, отстраняясь немного, чтобы встретится с ней глазами.
– Нет, не надену.
На ее лице появляется злое выражение, и она вцепляется жестче в мои волосы.
– Нет, наденешь. Ты надеваешь презерватив, или мы не трахаемся.
– Я проверяюсь каждый раз на работе, и мой последний отчет шесть месяцев назад был чистым.
– Но что было после этого? – спрашивает она, и я вижу, что она обдумывает это.
– Я не был ни с кем больше года, поэтому я рад продолжить, и мы не будем предохраняться. Никаких
презервативов между нами.
– Ты все равно наденешь его, – говорит она и оттягивает мою голову от своих сосков.
Я рычу и отпускаю ее сиськи, чтобы вцепится в бедра. До того как она успевает запротестовать, я
