— С дистанции метров в сто выходы из тоннелей можно обрушить. По крайней мере на десяток серьёзных обрушений меня с учениками точно хватит, — заметил архимаг Земли.
— Количество выходов и расположение тоннелей мы не знаем. Скажу больше, мы не уверены, что бронеходы расположены в самом военном городке, а не где-нибудь в стороне от него. Скажем, километрах в двух — трёх.
— Откуда они вообще там взялись? — недовольно выдохнул Шабалин.
— Хороший вопрос, — скупо улыбнулся майор, — Особенно, если ещё раз внимательно посмотреть на карту.
— А что с картой не так? — уставился на неё Константин Семёнович.
Штатский человек, что с него взять. Зато у меня догадка забрезжила.
— С картой всё в порядке. Мне одно только непонятно, — впервые за всё совещание подал я голос, — Кому в безлюдных горах понадобились заставы и укрепления, напрочь лишённые стратегического и даже тактического смысла?
— И что отсюда следует? — согласно кивая, подтолкнул меня штабной к дальнейшим рассуждениям.
— Думаю, что они охраняют то, что находится под землёй, — высказал я свою догадку, внимательно глядя майору в глаза.
— Браво, Ваше Сиятельство! А раз японцы после боя отвели сюда бронеходы, в это-то неудобье, то высока вероятность, что мы обнаружили завод, где их производят, — с довольным видом заключил штабной, победно оглядев всех присутствующих.
Утро началось с артподготовки.
На этом участке фронта у сёгуната сил было немного, и лихая атака двух наших батальонов, начавшаяся сразу после прекращения обстрела, оказалась успешной. На участке шириной в пять — шесть километров мы вышли к предгорьям, где и остановились, захватив господствующие высоты.
В тактическом плане изменение позиции нам мало что давало, и японцы, понимая это, не оказали ожесточённого сопротивления, отступив на фланги.
Цель у сегодняшнего наступления всего лишь одна: — нам нужен «коридор», чтобы пройти в горы. Вряд ли японское командование обратит внимание на столь незначительную подвижку наших войск в этом районе. У них сегодня о другом должна голова болеть. Наши корабли и авиация сейчас громят военно-морскую базу под Хиросимой, а в районе Тоямы начались ожесточённые бои. В случае успеха с этого плацдарма можно будет планировать наступление на Токио, но даже если мы продвинемся километров на пятнадцать на восток, то и это успех. Почти все дороги на западном побережье Хонсю будут перекрыты.
В рейд мы выдвинулись под вечер, часа за два до заката. На флангах немного пошумела артиллерия, ведя беспокоящий огонь, а заранее высланные вперёд егеря контролировали первые километры тропы. Дальше функцию дозора будут выполнять пилоты, которые сейчас дожидаются темноты, чтобы незаметно просочиться вслед за нами.
Казаки прихватили с собой десяток местных лошадок, навьючив на них припасы, а проводники привели с собой шесть осликов, для которых тоже нашлась поклажа, но довольно скромная по весу. Истину про боеприпасы, которых много не бывает, казаки знают и помнят.
Вместе со мной в отряде девять магов: — Шабалин с четырьмя студентами, и маг Земли с двумя учениками. Я всех обеспечил лёгкими лётными комплектами, накопителями и артефактной защитой. Пока дорога нормальная, мы топаем ножками. Лишний раз летать в горах не стоит. Расход Силы тут гораздо больше, чем на равнинах. Я о лётных комплектах подумал, когда у меня появились сомнения в физической подготовке Шабалина и тройки «земляных». Есть и ещё соображения по поводу полётов. В горах не на каждую скалу вскарабкаешься без снаряжения и подготовки, а для магов позиция с хорошим обзором жизненно необходима.
Сегодня у нас был короткий переход. Шли чуть больше трёх часов. С наступлением темноты скорость у отряда заметно упала, но проводники, используя карту и подоспевшего переводчика, сумели объяснить, что до места ночлега уже недалеко. Действительно, минут через сорок они нас вывели на относительно ровную площадку, окружённую скалами, и показали, где удобнее всего спуститься к горному ручью со студёной водой.
Не успели мы перекусить, как нас нагнали пилоты. Они тут же, разбившись на смены, взяли на себя ночное дежурство, что никого не удивило. Это мы три с лишним часа сюда добирались, а они, ориентируясь по оставленным известью меткам и примерно зная, где мы остановимся, минут за десять — пятнадцать примчались. Вполне себе свеженькие и не запыхавшиеся.
То, что по ночам в горах холодно, я знал. Не знал только, насколько холодно. Утром будить никого не пришлось. Все ещё затемно проснулись, клацая зубами от холода. Отогревались с помощью чая и кофе, приготовленного на спиртовках.
Магам в этом плане легче. С помощью несложного бытового заклинания я подсушил одежду, ставшую волглой от выпавшей росы и немного попытался согреться сам, что удалось далеко не сразу. Промёрз до самых костей. Впору о горячей ванне помечтать.
